Его же прадед построил. Наше фамильное гнездо. Ба не переживет, ты же знаешь, как она слаба стала в последнее время. Как узнала, что у мамы рак нашли, совсем слегла.

— Знаю.

Сама мысль о том, что уютный домик — в два этажа, с личным выходом на широкую речку, — который столько раз за эти годы достраивался и перестраивался, может перейти в чужие руки, вызывала боль и гнев.

— Я понимаю, что тебе сейчас нелегко, но, может, удастся найти хоть немного. Попросить в долг у знакомых. Сейчас дорога каждая копейка.

В долг или заработать? Когда деньги сами плывут в руки.

— Ты сказала, что нужно пятьсот тысяч?

— Да.

«Я прошу тебя не потому, что ты продажная, а потому что мне нужна помощь. Считай это обычным заданием, за которое ты получишь зарплату».

— Деньги будут, — тихо, но твердо произнесла я, мысленно признавая собственное поражение. — Скажи отцу, чтобы ничего не предпринимал и не смел ничего подписывать. Деньги будут.

— Вик, это хорошо. Но откуда?"

"— Не важно.

— Вик…

— Не паникуй, сестренка, ничего противозаконного, — хмыкнула я, снова вспоминая слова Ника. — Переведу деньги завтра утром на родительский счет. Морозов еще пожалеет, что связался с Измайловыми.

Распрощавшись с сестрой, я некоторое время стояла посреди комнаты, сжимая телефон и глядя перед собой.

«Господи, что же делать?»

Я нутром чувствовала, что не стоит ввязываться в эту затею с игрой в любовь. Чувствовала, но понимала, что выбора у меня сейчас нет.

Проклиная Морозова и всю его банду, я набрала номер Н’Ери и застыла, считая длинные гудки.

— Измайлова, ты по мне соскучилась? — удивленно поинтересовался Ник на шестом гудке.

Шум дороги, сигналы машин. Видимо, Н’Ери еще был в пути.

Зажмурилась и выпалила на одном дыхании, пока не передумала:

— Я согласна.

— Прости?

— Я согласна играть роль твоей невесты. Только у меня есть одно условие.

— И какое?

По голосу не понять, как он отреагировал на мои слова — удивлен? раздражен?

— Я хочу получить пятьсот тысяч вперед. Завтра, — сказала и быстро затараторила: — Согласна подписать любые документы или расписки.

Тишина и звуки ночного города.

— Хорошо. Собирайся. Я скоро буду.

— С-собираться? — растерянно переспросила я.

— Измайлова, — терпеливо произнес мужчина, — я же тебе говорил, что нам придется спать вместе. Ты прости, но твоя квартира для меня маловата. Поэтому ты переезжаешь ко мне. Так что пакуй чемоданы.

— Я поняла. Хорошо… Ник?

— Что?

— Ты не хочешь узнать, почему я передумала?

Сама не знаю, почему спросила. Может, потому что ожидала от него этого вопроса. Ведь Н’Ери знал, что я против, что отказалась. И вдруг передумала и потребовала аванс?

— А это важно?

— Не знаю, — тихо призналась ему, в который раз поняв, что совершенно не знаю своего начальника.