– Хотелось бы знать, кто отказывается есть?

– Это мальчик, – тихо ответила девочка. – Он совсем не ест.

На этот раз Пашка на нее даже не обиделся.

– Это недопустимо, – сказал Горлонос. – Без правильного питания невозможно выздоровление. Почему ты не кушаешь, мальчик?

– Не хочу я эту кашу, – глухо проговорил Пашка. – Сами ее ешьте.

– Тебе не нравится каша? – сухо улыбнулся Горлонос. Два ряда острых зубов блеснули, как зубья пилы. – А что же ты хотел, капризный мальчишка? Ты думал, в больнице тебя будут кормить шоколадками и ананасами?

– Ничего я не думал, – сказал Пашка и отвернулся.

– Или ты думал, для тебя специально приготовят куриную ножку и салатик? Или ты любишь что-то еще – блины или пельмени?

– Неплохо бы, – буркнул Пашка.

– Любишь пельмени? – Горлонос недобро усмехнулся. – Ладно, будут тебе пельмени. Ты на всю жизнь запомнишь эти пельмени! – он повернулся к манекену и закричал: – Ордопет! Пельмени сюда!

Санитар вышел, стуча пластмассовыми ногами по полу. Он вернулся очень быстро с большим дымящимся блюдом, которое поставил на Пашкину кровать.

– Вот твои пельмени! – прошипел Горлонос.

Пашка взглянул на блюдо – и ему стало не по себе. На вид это были обычные пельмени, только неестественного темно-коричневого цвета. И еще ему показалось, что… Нет, не показалось! Совершенно точно – коричневые пельмени шевелились в тарелке!

– Ну, кусай их! – рявкнул Горлонос. – Что же ты не накинулся на любимую еду, капризный мальчишка?! А может тебе помочь?

Горлонос схватил с блюда вилку с длинными изогнутыми зубьями и с размаху вонзил в пельмени. Раздался пронзительный писк, словно дверью придавило мышонка.

– Открывай рот, глотай! – шипел доктор. – Это же твои любимые пельмени, ты же по ним соскучился.

Пашка вжимался в стену, ему некуда было бежать. Коричневый дымящийся пельмень на вилке болтался прямо перед лицом, и мальчик пытался увернуться от него.

– Забыл, как жевать? – поинтересовался Горлонос. – Ладно, я покажу.

Он сунул пельмень в рот и стиснул зубы. Снова раздался жалобный писк, и по губам Горлоноса потекла алая кровь. Оставшиеся в блюде пельмени пришли в беспокойство, начали усиленно вертеться и даже подпрыгивать.

Доктор тем временем насадил на окровавленную вилку следующий пельмень.

– Будешь есть? Будешь, я спрашиваю?!

– Нет! – закричал Пашка.

– Отлично! Просто прекрасно! Тогда я раскидаю их по полу, и ночью они сами заползут тебе в рот. Вот так!

Пашка умер бы от ужаса и отвращения, но тут раздался какой-то гул. Через мгновение он повторился и усилился. Теперь уже дрожали стены, с потолка посыпался песок.

– Приехали… – испуганно прошептал Горлонос, задрав голову. Он бросил вилку и осторожно поднялся.