– Чего детей напугал? С ума сдвинулся?

– Нечего им лазить, где не надо! – нахмурил и без того страшное лицо дед Корнеич. – Пусть дома играют.

– Иди уж сам домой, старый, – проворчала старушка. И сердито глянув на ребят, добавила: – И вы тут не торчите. Нечего тут делать. Плохое тут место."

"– Ага, – поспешно закивал Пашка, который чувствовал себя спасенным от верной гибели. – Мы не будем, – и, не удержавшись, спросил: – А кто тут жил раньше?

– Никто тут не жил. Больница тут была. Идите отсюда, играть что ли негде?

Братья поспешили подальше от старой больницы, от сердитой старушки и страшного деда Корнеича.

Чтобы не торчать на улице, где их отругали, Пашка потащил брата за ближайший угол, где была маленькая, заросшая лопухами улочка.

И тут же понял, что не надо было так спешить.

В нескольких шагах от них сидели на скамейке два деревенских пацана. Оба прыщавые, нечесаные, в драных кроссовках. Обоим где-то лет по четырнадцать, то есть почти на четыре года старше Пашки. Они грызли семечки и плевали под ноги.

Пашка хотел уйти, но деревенские уже заметили его и Ваню.

– Э, пацанчики! – раздался противный гундосый голос.

 – А ну, подите.

Пашка первый раз видел этих парней. Но по рассказам друзей он знал, что деревенские всегда ловят городских ребят и бьют. Он просто похолодел от страха, когда услышал, что его зовут.

– Ну, чо встали-то? – проговорил второй, с двумя бородавками на носу. – Давай, двигай ноги сюда.

– Хочу домой, – тихо, но отчетливо проговорил Ваня.

– Ладно, сейчас… – невнятно проговорил Пашка и сделал несколько шагов к деревенским.

– Вы откуда такие? – спросил бородавчатый. – Из города?

– И чего тут ходите? – это был уже гундосый.

 – Ищите кого?

– Да мы так, шли… – пролепетал Пашка, замирая от испуга. Хорошо бы, думал он, чтобы опять появилась старушка-спаситель-ница с козами.

– Курить есть?

– Нет, не курим…

Деревенские примолкли, подозрительно оглядывая братьев. Они не знали, про что говорить с приезжими.

– Часы с музыкой? – спросил гундосый, кивнув на левое запястье Пашки.

Тот невольно спрятал руку за спину. Японские электронные часы, предмет зависти всего класса, были его гордостью и главной ценностью.

– Нет, они… они сломанные, – соврал он.

– А чего ж носишь сломанные? – ухмыльнулся бородавчатый.

– Да так… подарок. Отец подарил.

– А чего ж он сломанные подарил?

– Да они потом сломались… – Пашка чувствовал, что окончательно завирается, но не мог остановиться.

– А ну, дай поглядеть, – бородавчатый протянул руку.

– Чего? – испугался Пашка. – Часы как часы.

– Да дай, не бойся. Ну, сними, я ж их не съем!

– Бежим! – процедил Пашка и дернул Ваню за руку. Они рванули по улице.

– Стоять! – раздался позади хриплый крик.

– Подожди! – панически завопил Ваня.