— Ты сам знаешь, у нас маленький город, мы не сможем платить так же много, как Талоль или Изамаль, — сказал он.

— Будете отдавать каждый год десять поклаж носильщика вяленой рыбы и одну обсидиана. Можете двумя частями: одну в начале сухого сезона, вторую в конце, — сообщил я.

— Столько мы за один раз принесем! — радостно заверил Камон.

Видимо, были уверены, что, если договорятся, платить придется намного больше.

— Еще я хочу создать в каждом поселении по группе гонцов, которые бы, получив мое или ваше послание, бегом относил его в следующее поселение и так далее, чтобы быстро доходило до того, кому направлены, — продолжил я.

— Это легко сделать. Нам самим нужно будет быстро сообщить о нападении, — сразу согласился он, после чего допил какао и произнес разочаровано: — Странный вкус. Остроты не хватает.

Для центральноамериканских индейцев без перца всё невкусное, а если хорошо наперчить, то сожрут даже дохлую кошку. Впрочем, в джунглях я встречал то ли маленького оцелота, то ли крупную кошку, но домашних — ни разу за все время в этой эпохе. Да и в будущем эти животные как-то не впишутся в культуры Центральной и Южной Америк.

В двадцать первом веке кошки, обычно предельно чистоплотные, попадались мне изредка в городах замызганными и пугливыми, хотя, как меня заверяли, имеют хозяев. Если по собаке можно судить о характере ее владельца, то по кошке — о его чистоплотности.

41

Столицей своего государства я выбрал Тихоо из-за его расположения неподалеку от моря. Мало ли, что со мной может случиться. Подданным строго-настрого приказано доставить мое тело в случае тяжелого ранения или болезни на берег моря, положить в лодку вместе с оружием, доспехами и моими личными вещами и отправить ее в плавание, даже если будет шторм.

Вдобавок климат здесь суше, чем в Чичен-Ице или Толале, и сезон дождей переносится легче. К тому же, в Тихоо собирались торговые караваны из подвластных мне городов, за исключением Самы, чтобы вместе добраться до рыбачьей деревни на берегу Мексиканского залива и отправиться в плавание. Чем больше караван, тем меньше шансов, что на него нападут. Впрочем, я не слышал о случаях пиратства. Может, именно потому, что купеческие караваны были большие, могли постоять за себя.

Во всех моих городах прошли усиленные переподготовки воинов гарнизона. Особенно трудно было переучивать майя. Назначил им усиленный курс строевой подготовки и владения новым для них оружием, бронзовым, более эффективным. Осталось отучить их брать пленных во время сражения и от куч чимала. Я, как мог, втолковал воинам-майя, что все пленники будут убиты сразу, в зачет их подвигам не пойдут, а за бегство с поля боя останутся без головы, причем сразу.