Посередине улицы проходит канализация — канавка, накрытые каменными плитами, но не везде. За пределами центра улицы сужаются и искривляются, четкая разбивка на кварталы пропадает. Сточные канавы не спрятаны, разве что иногда имеется деревянный или каменный мостик между двумя домами, видимо, населенными родственниками. Возле реки и вовсе сплошная градостроительная анархия. Это при том, что и в центре, и на окраинах преобладают тольтеки, но из разных социальных слоев.

С наступлением зимы начало холодать. По ночам температура опускалась ниже нуля, если судить по тонкому льду на воде в кувшине, который стоял в углу у входа в мое жилье. Меня выручала шкура ягуара, а Гуама, впервые познавший такие холода, жутко замерзал, несмотря на то, что закутывался в две толстые дерюгами, сплетенные из агавы. Это мне не понравилось, поэтому потребовал, чтобы принесли камни и изготовили грубку по моему проекту. Крупные булыжники клали на растворе, а снаружи обложили местными хрупкими желтовато-коричневыми кирпичами. В печники я, конечно, не гожусь, но простенькая двухкамерная обогревательная печь получилась. Правда, я не уверен, что проработает долго, хотя топить ее будут только зимой и не так сильно, как в сорокаградусные морозы. Трубу сделали высокой, чтобы искры не подожгли тростниковую крышу. Когда из трубы в первый раз повалил дым, весь город собрался поглазеть. Очаги здесь только во дворе. В холодные дни в них нагревают камни, которые заносят на ночь в жилище, вход в которое для удержания тепла завешивался изнутри еще и полостью, тканной или кожаной.

Моя популярность у аборигенов дала результат. Весной, в самом начале сезона дождей, ко мне пришли чичимеки из племени сакатеков. Это были три плотно сбитых типа с широкими повязками на голове, полностью закрывавшими лоб. При этом густые черные волосы были собраны и завязаны сверху и свисали конским хвостом, который мотылялся из стороны в сторону. Из одежды только тряпичный пояс, с которого спереди и сзади свисало по куску грубой материи шириной сантиметров двадцать и длиной раза в два больше, а на правом боку — кожаные ножны с небольшим обсидиановым ножом с деревянной рукояткой, обмотанной тонким шнуром из волокон агавы. В «мирное» время вход чичимеках в город был свободным. Они часто привозили товары на продажу. Эти, видимо, тоже что-то продали и закупились. Их деревянные наспинные рамы были заполнены местными, яркими, разноцветными тканями, украшенными перьями птиц, и еще чем-то, спрятанным под рулонами. Используя небольшой запас тольтекских слов и язык жестов, сакатеки предложили мне принять участие в военном походе на их заклятых врагов — племя кашканов.