Уже начинало смеркаться, поэтому заключение сделок и выгрузку назначили на утро.

В Чан-Ане имеются постоялые дворы для приезжих, пара неподалеку от гавани, но Лукки пригласил меня переночевать у него дома. Позже я понял, почему он это сделал. Гуама остался вместе с двумя матросами на плоту охранять мои доспехи и оружие, с которым вход в город запрещен. Стража у ворот пялилась на меня, высокого, белокожего и бородатого, как на диво дивное, позабыв обыскать. Я пожалел, что не взял кинжал. Без оружия чувствую себя маленьким и слабым. Прохожие даже останавливались, чтобы внимательнее меня разглядеть. Самое интересное, что женщины и дети шли по одной стороне улицы, а мужчины по другой. Лукки предупредил, что за нарушение этого правила можно быть выпоротым, хотя меня, как иноземца, в первый раз простят. Часто попадались люди с язвами и шрамами от них на лице, теле. Купец сказал, что это отмеченные богами. Их привлекают для принесения жертвоприношений и щедро награждают. Подозреваю, что у некоторых язвы и шрамы искусственного происхождения. Основная одежда бедных мужчин и женщин — набедренная повязка. Те, кто побогаче, одеты в рубаху с круглым вырезом, без рукавов и длиной до середины бедер, а некоторые еще и в то ли юбку, то ли набедренную повязку длиной до колена. В зависимости от достатка и пола (у женщин чаще и ярче) одежда украшена разноцветной вышивкой, вставками другого цвета, прикрепленными кусками морских раковин, перьями птиц. У многих на головах сплетенные из сухой травы, тряпичные или шерстяные шляпы самой разной формы, некоторые с завязками под подбородком, и с самыми разными украшениями, но преобладали цветные ленты на тулье и яркие перья. Все, богатые и бедные, босы. Кожаные сандалии на моих ногах вызывали не меньше удивления, чем моя борода. Нетрудно угадать тему сегодняшних вечерних разговоров в домах всего Чан-Ана.

Лукки вышагивал рядом со мной медленно, потому что надулся от тщеславия так, словно именно он был в центре внимания. Это были его минуты славы. Купец из тех, для кого они и есть суть жизни."

"У каждого из кварталов собственная защитная стена, причем намного выше городских, в некоторых местах метров до двадцати, а также центральная площадь, платформа с храмом, водоем, пополняемый по подземному каналу из реки, протекающей неподалеку, и рядом парк или сад, расположенный в углублении: верхний слой почвы сняли, чтобы добраться до водоносного. Улицы ориентированы север-юг и восток-запад и ровные, между кварталами метров шесть шириной, а внутри около четырех, с закрытыми канавами для стока нечистот посередине. Дома большие, но не выше двух этажей, с закрытыми дворами, без окон и с трапециевидными, сужающимися кверху входами. Трапеция — основная геометрическая фигура у аборигенов.