А влюбиться не в того мужчину — это всего лишь обидно, но никак не стыдно.

— Ты поняла, о каком Эмине я говорю?

— О Керимове, конечно, — ухмыляется бабушка.

— И тебя это не смущает? — бабушка качает головой, а я всё никак не могу понять: — Ба, он же старше меня на четырнадцать лет...

— Разве сердце выбирает: в кого влюбиться? Я тебе вот что скажу, Ярина. Первая любовь — она почти всегда безответная. Это тот случай, когда ты сам придумываешь образ вот здесь, — прикладывает палец к своему белому от седины виску. — Первая любовь — это опыт. Чаще всего негативный. Но он тоже нужен для того, чтоб повзрослеть и поскорее расстаться с детством. Пройдёт время и ты сама ещё будешь смеяться, вспоминая, как ревела тут на кухне от неразделённой первой любви.

— Думаешь?

— Уверена.

— Ба…

— Да?

Поднявшись со стула, подхожу к бабушке и обнимаю её за плечи.

— Я боюсь, у меня не получится. Он такой красивый. Я не могу. Как вижу ЕГО, у меня всё внутри обрывается. А сердце, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.

Бабушка тяжело вздыхает. И гладит меня по спине ладонью.

— Только папе ничего не говори, пожалуйста. Он три шкуры сдерёт с Эмина, сам мне так говорил.

— То есть папа знает о твоих чувствах?

— Догадывается. Но… ещё до вчерашнего дня я и сама не была уверена в них. А теперь знаю, влюбилась в этого самодовольного придурка на чёрном “Мустанге”."

"Поговорив с бабушкой откровенно, я заваливаюсь спать. Сон — лучшее лекарство от всех болезней, так мама в детстве говорила. А я сейчас себя чувствую больной, все симптомы налицо: усталость, апатия и нет физических сил. Если безответная любовь приносит такие мучения, то мне жаль всех влюблённых. Это адский ад!

Просыпаюсь от разговоров. Бабуля доказывает по телефону отцу, что он не прав. И вообще, родитель из него никудышный. Улыбаюсь. Ну всё, как обычно, да. Тёща и зять. Классика!

— Ба, я проснулась, — подхожу к бабушке со спины и обнимаю старушку за плечи.

Бабушка оборачивается:

— С отцом говорит будешь? Нет?

— Да буду, конечно же.

Забираю у бабушки телефон и морально готовлюсь к худшему. Сейчас начнётся…

— Яра, что за концерты? Ты почему сорвалась и уехала к бабушке? Ты на чём вообще добралась? Что с твоим телефоном? В центральную прачечную проще дозвониться к чем тебе?! — негодует отец, а я слушаю его, не перебиваю.

Дождавшись, когда отец выплеснет первые эмоции, я говорю ему, как сильно его люблю. А уехала почему? Так всё просто: поссорилась с подругами, день рождения не удался. И в общем, да. Сбежала, трусливо поджав хвост. Потому что я у него — тот ещё ребёнок.

— Нашла из-за чего расстраиваться, — вздыхает отец. — Ладно, перебесишься — приезжай. И позвони заранее, скажу Эмину, чтоб встретил тебя на вокзале.

Меня бросает в холодный пот только от одного имени Керимова.