А может оно и к лучшему? Вдруг меня все будут просить о помощи, а я не справлюсь с обязанностями Лекаря. Тогда они будут гнать меня из деревни облезлой метлой.

Не успела я себя как следует подбодрить, как уже дошла к воротам деревни Нидэн. Так как я по жизни была довольно «везучей», то я даже не удивилась тому, что в карауле стояли те же двое мужчин, которые меня обсмеивали в первый день моего появления в Нидэне.

— О, смотри, замухрышка идет! Помнишь ее? — с усмешкой спросил один страж другого.

— Конефно помню! Она не фильно ифменилафь, — прошипел второй, но засмеявшись, приложил руку к опухшей щеке и застонал.

— Только сейчас она одета смешно, а не грязно. Эй! — крикнул он мне театрально. — Стой, кто идет? Мужчина или женщина, я не разобрал по твоей одежке, нужно бы прощупать!

Мужчины заржали, как кони. А тот, который с опухшей щекой — как конь с овсом во рту.

— И вам доброго дня! — ответила я спокойно и с улыбкой.

Я слышала, что если не обращать внимания на колкости, дразнилки или вовсе встретить их с юмором, сарказмом или безразличием, то тому, кто хочет обидеть, не интересно будет продолжать, так как не будет желаемой для него реакции.

— Ты опять тут что-то забыла, Каталея? — не унимался первый. — Ого! — посмотрел он на Ауди. — Это тот самый щенок? Вот это вымахал! Ты что его каждый день олениной кормишь?

Мы с ним вместе рассмеялись, и я погладила своего большого мальчика между ушами.

— Да, я вернулась к Норе, сестре охотника. Хочу попробовать ей помочь.

— Ты фебе фнатяло помоги, — рассмеялся второй, но тут же застонал, снова прижал руку к щеке, отвернулся и выплюнул кровь.

— Что с ним? — спросила я у первого охранника, который с сочувствием смотрел на своего друга.

— Да-а-а… — вздохнул он и махнул рукой. — Говорил я ему, в город езжай к Врачевателю. А он все тянул и тянул. На днях не выдержал боли и сам себе зуб вырвал. Да только вот щеку ему разбарабанило. Никакие примочки не помогают. — А потом охранник повернулся ко мне и словно опомнился, — Иди давай по своим делам! Стоишь тут, уши развесила, словно эльф! — он показал на ворота, что пропускает меня.

— А можно я посмотрю? — обратилась я к больному.

— Я фто тебе театр, фтобы меня фмотреть? — разозлился он.

— А если у меня получится вам помочь?

Мужчины переглянулись и задумались.

— Ну фмотри, — сдался измученный зубной болью охранник.

Он подумал о том, что сейчас напугает девицу, и я под их хохот помчусь в деревню."

"Я подошла ближе и попросила его присесть. Одна щека охранника была сильно опухшей. Он, сморщившись, с трудом приоткрыл рот, показывая мне воспаленную ранку, на месте которой был зуб. Вся десна вокруг нее сильно распухла.

Я приложила свою ладонь к больной горячей щеке мужчины и закрыла глаза.