— Ну ничего-ничего! Вот ты пришла. Значит помогаю еще! Ну все, давай спать, завтра получишь ты свое зелье.

Мы убрали со стола и улеглись спать. Она у одной стены, а я с питомцем у другой. Я обняла Ауди, уткнулась в его макушку и сразу уснула.

Когда ранним утром я открыла глаза, то подпрыгнула от неожиданности. Передо мной стояла Хелен и смотрела на меня явно своей темной личностью. А потом резко изменилась на миловидную бабушку-одуванчик. Да уж, очень странный человек. Нужно запомнить, что не стоит «мешать свет с тьмой».

— Пора вставать, Каталея! Душа твоего друга тебя заждалась.

Мы позавтракали, и я переоделась в свою одежду.

— Пойдем на задний двор. Оставь питомца в доме, а то он распугает моих козочек.

— Да он воспитанный у меня…

— Оставь! — повторила строго. — Пойдем, у меня там пополнение, — пояснила уже мягче.

Я посмотрела на Ауди и мысленно дала ему команду ждать меня внутри. Он лег у двери и положил мордочку на передние лапы. Мы вышли, закрыли дверь и направились на задний двор.

Четыре козочки и несколько курочек важно расхаживали на огороженной территории возле сарая.

— Пойдем внутрь! Приплод там.

В сарае было светло. Дверь и створки на окнах были открыты. В одном закуточке, на застеленном сеном деревянном полу лежал недавно родившийся козленок. Он вставал на ножки, но был еще слаб и снова падал на сено. Хелен зашла к нему и подняла на руки. С улыбкой подошла ко мне и передала мне мягкого малыша. Я его обняла и прижала к себе. Этот бело-серый малыш уже был совсем сухим, и волоски его красиво кучерявились. Он оказался очень забавным. Торчащие ушки, черные глазки-маслины, треугольный носик и мягкие розовые губы. Я гладила малыша, и мой рот невольно растянулся в улыбке.

— Каталея! — позвала меня Хелен.

Она держала в руке большой нож. Я замерла, не понимая, что происходит.

— Зелье воскрешения готово. Я сварила его ночью. Но для завершения заклинания, ты должна принести жертву, — она протянула руку с ножом ко мне.

— Что? В смысле, я не понимаю! — я повысила голос и смотрела то на безумную старушку, то на недавно появившуюся в этом мире жизнь в моих руках.

— Ты должна отправить новорожденную душу к богам, чтобы вернуть к жизни своего друга!

— Нет, нет! Что вы такое говорите?! Я не могу убить его! — я сильнее прижала маленького козлика к своей груди.

— Тебе нужно это сделать, Каталея! Иначе зелье не будет иметь силу, и ты не поможешь своему другу. К тому же, ты оставишь зелье и для себя тоже!

— Что ж… — я сжала губы и нахмурилась. — Значит так тому и быть… Я не буду забирать ничью, тем более невинную душу, чтобы вернуть к жизни другую. Я не могу… А мне таким способом и подавно от вас ничего не нужно, — я встала полубоком к Хелен, защищая от нее козленка.

Ведьма-лекарь тут же изменилась в лице.