Седло у меня тоже новое и тоже от миланского ремесленника. Уроженцев этого славного города мастеров в Константинополе целый квартал, расположенный в районе Платея. Переднюю луку стали делать шире, чтобы прикрывала всадника от солнечного сплетения и почти до коленей, а заднюю изогнули по краям вперед так, чтобы охватывала бедра всадника. Не шибко крепкая защита, но, глядишь, спасет в бою.

Руссильонец, который шел по трапу за Тегаком, пару раз приседает, чтобы не свалиться в воду. С морем и судами он не дружит. В правой руке Роже держит такое же копье, как у меня.

Ни оруженосца, ни слуги у него пока нет. Обе эти обязанности выполняла Лукреция, но она сейчас далеко, в Константинополе. Левой рукой Рожер де Слор прижимает к боку горшковидный шлем, который называют топхельмом. Такие у многих рыцарей. Кольчуга руссильонца усилена металлическими пластинами на плечах и горизонтальной, высотой сантиметров десять и шириной во всю грудь, приваренной на уровне сердца, и наручами, а кольчужные шоссы — поножами. На защиту стоп не хватило, наверное, денег. Поверх доспеха накинут темно-серый шерстяной плащ с капюшоном. Ловлю себя на мысли, что и мне не помешал бы такой.

Я выдвигаюсь метров на пятьдесят вперед, чтобы отразить нападение, если такое случится. В чем я сомневаюсь. Высадили нас на пустынном берегу километрах в двух от ближайшей деревни. Рядом со мной встает Роже и другие рыцари из нашего конруа — тактической единицы, состоящей из двух-трех десятков рыцарей. Несколько конруа образуют баталию, которых три-четыре на армию: центральная, две фланговые и иногда запасная. Рыцарское войско заметно подросло в тактическом плане за последние шестьдесят лет.

Мы ждем, когда с галер сведут наших боевых коней. Остальные лошади и обоз прибудут завтра на нефах и выгрузятся в Кизике, если мы отобьем его у турок. Чем быстрее отобьем, тем быстрее воссоединятся семьи."

"Тегак подводит ко мне оседланного Буцефала, у которого новая сине-белая попона с моими гербами в самых неожиданных местах. Я сажусь в глубокое седло. Мне кажется или так на самом деле, что через одежду, шоссы, поножи и попону чувствую ногами более теплое тело лошади.

Я поправляю саблю и сюрко. Тегак крепит к седлу справа и спереди шестопер, справа и сзади — два колчана со стрелами, слева и сзади — монгольский лук в налуче. В Западной Европе, не считая Англии, луки слабенькие, поэтому рыцари учились стрелять из них, поскольку обязаны были владеть любым оружием, но предпочитали более убойные арбалеты, особенно во время защиты замка. Поскольку копье в сравнении с плохим луком оказалось более эффективным оружием, на нем и остановили выбор.