Он бы это одобрил. Ведь он сам провел там молодые годы.

Линли поднял бровь:

— Кажется, я припоминаю, что твой отец возглавлял в свое время три или четыре довольно успешных инвестиционных корпорации. По-моему, он и сейчас руководит одной.

— Ох, не напоминай мне. Он все утро занимается этим, если не перечисляет благотворительные организации, на которые я должна тратить свое время. Порой, Томми, мне кажется, что он со своими повадками персонаж одного из романов Джейн Остин.

Линли постучал пальцами по журналу, который листал:

— Существуют ведь и другие способы ему угодить, помимо благотворительности.

Ты могла бы посвятить свое время еще чему-либо, что он считает достойным.

— Разумеется. Это сбор средств на медицинские исследования, посещение престарелых, работа на той или иной горячей линии. Я понимаю, мне нужно что-то делать. Но почему-то никак не получается.

— Я не настаиваю, чтобы ты стала волонтером.

Она замерла, так и не отрезав до конца кружок салями. Положила нож, вытерла пальцы о льняную салфетку и ничего не ответила.

— Подумай, Хелен, как много зайцев убьет один-единственный выстрел брака.

Квартира вернется твоей семье.

— Они могут приезжать сюда в любое время. И хорошо это знают.

— Ты сможешь тогда заявить, что слишком занята эгоистическими интересами твоего мужа, чтобы наполнять свою жизнь социальными и культурными мероприятиями, как Сибела.

— Мне все равно нужно больше заниматься такими вещами. Папа прав, как ни прискорбно с этим согласиться.

— Когда же у тебя родятся дети, ты станешь пользоваться ими как щитом от всех обвинений твоего отца, если он начнет упрекать тебя в праздности.

Да он и не станет тогда этого делать. Будет доволен. Ты его порадуешь

— Чем?

— Тем, что ты… устроила свою жизнь.

— Устроила жизнь? — Леди Хелен проткнула вилкой огурчик и задумчиво пожевала его. — Боже, не говори мне, что ты в самом деле такой провинциал.

— Я не собирался…

— Неужели ты искренне думаешь, что главная цель женщины — оказаться устроенной, Томми? Или, — проницательно предположила она, — это касается только меня?

— Нет. Прости. Я не так выразился.

— Тогда сформулируй по-другому.

Он поставил пакет с йогуртом на стол.

Йогурт и в самом деле был вкусным, но несколько ложек Линли вполне хватило.

— Мы ходим вокруг да около, а пора бы поставить точку. Твой отец знает, что я хочу на тебе жениться

— Знает. И что же?

Он скрестил ноги, снова поставил их прямо. Поднял руку, чтобы ослабить узел на галстуке, и обнаружил, что он без галстука.

— Черт побери, — вздохнул он. — Ничего. Просто мне кажется, что наш брак был бы не самой плохой вещью на свете.

— И Господь свидетель, это порадовало бы папу.