Буркнув под нос какую-то чепуху, Люба повернулась на другой бок, а затем неожиданно подскочила с кровати и бросилась в объятия Карима.

— Привет, — шепнул ей на ушко, гладя изгиб спины.

Они замерли в удобной позе, наслаждаясь теплом и запахом, по которым так сильно скучали. Карим перебирал длинные волосы и глубоко дышал, ощущая на своей шее тоненькие пальчики, сомкнувшиеся в замок; а Люба льнула к мужской груди, боясь, что если сейчас разожмет объятия, то муж исчезнет.

— Арс отобрал у меня телефон, — тихо произнесла, утыкаясь лицом в крепкую шею. — Карим, брат хочет признать наш брак недействительным и уже подготовил документы.

— Он делает это против твоей воли? Или же… — не успел спросить Карим, как пухлые губки впились в его рот.

Глава 32

— Поздоровался, друг? — иронично протянул Зарецкий, окидывая Карима презрительным взглядом с головы до ног.

— Арс, в чём проблемы? Что за неприязнь?

— Думаешь, нет повода?

— Говори. Не тяни резину, — ответил Карим, присаживаясь на свободное кресло.

Зарецкий медлил. Смотрел на друга с высоты своего роста и едва держал себя в руках, чтобы не набить морду. Уму не постижимо! Пока его насильно удерживали правоохранительные органы в СИЗО, Алиев провернул дело века: нанял каких-то ублюдков, назвавших себя коллекторами и, под страхом неминуемой смерти, заставил младшую сестру обратиться к нему за помощью.

— Что ты задумал, Карим? Зачем разыграл весь этот спектакль? — наконец-то не выдержал Арс.

У Карима спёрло дыхание и задёргался глаз. Спектакль? Разыграл он? Да что происходит, чёрт возьми?!

— Арс, я не понимаю. О чём ты сейчас говоришь? Где ты вообще пропадал все эти дни? Какие у тебя тёрки с Шайтаном?

— Смешно, — криво ухмыльнулся Зарецкий, поворачиваясь к другу спиной, чтобы достать из бара бутылку виски и наполнить бокалы.

— Ты можешь говорить прямо? — повысил голос Алиев, вскакивая на ноги.

— Меня мурыжили в вонючем СИЗО, Карим. А ты не знал? Или же не хотел знать?

— СИЗО?"

"— Представь себе. В ту пятницу, когда мы с тобой бухали в последний раз, меня арестовали. Полиция заявилась прямо в дом, но ты… Ты же так был занят моей сестрой, что и думать забыл о близком друге.

— Я не знал, — шумно выдохнул Карим, забирая из рук друга бокал с янтарной жидкостью.

— Конечно же. Трахать мою сестру — куда интереснее, чем проблемы друга.

Карим не ответил, хотя очень хотелось. С одной стороны, Зарецкий имел полное право на него злиться за то, что он принудил его сестру к внезапному браку; а с другой стороны, как бы поступил сам Арс, если бы вдруг оказался на его месте?! Хотя, чего теперь уж рассуждать. После драки кулаками не машут.

— И что тебе предъявили? По какому поводу арест? — заговорил Карим, не выдерживая паузы.