Кажется, он впервые по-настоящему понял, кем меня сделал и что это для меня означает. Неизвестно, было ли ему совестно или неловко за свои поступки, но ситуация его явно зацепила и заставила задуматься.

— Я хочу уйти домой пораньше, — первой затянувшееся молчание нарушила я. — Желательно прямо сейчас.

Я перенервничала и устала. Присутствовать при разговоре Андрея с сыном не хотелось. К тому же мальчик наверняка явится с матерью.

— Конечно, иди, — кивнул Андрей. — Дина сегодня подменит тебя.

Выходя из кабинета, нос к носу столкнулась с Мариной и едва не застонала. Ведь почти сбежала.

Само собой, женщина не смолчала. У нее вошло в привычку говорить мне гадости, а сейчас она винила меня в проблемах сына. Не спусти змея яд, сама им отравится.

— Не слишком радуйся, — заявила она, имея в виду грозящее наказание. — Мальчик, конечно, сглупил, но я знаю, как отвлечь Андрея от его проступка.

— Я ровным счетом ничего не поняла из твоих слов, — призналась я.

Тогда она приблизила свое лицо к моему, да так, что я рассмотрела свое отражение у нее в зрачках.

— Я кое-что знаю, — прошептала женщина. — 0 тебе. Один твой грязный секретик.

Я нахмурилась. Что за намеки? Не припомню за собой ни одного греха, из-за которого мне стоит нервничать.

— Все прекрасно понимают, что твой муженек работал не один, — пояснила свою мысль Марина. — Наверняка ты, как любящая жена, помогала ему сливать информацию на сторону. Вопрос времени, когда найдутся доказательства.

— Ты бредишь, — покачала я головой. — Обратись к психологу, а лучше сразу к психиатру.

— Смейся, смейся. Посмотрим, кто в итоге будет прав.

Марина повернулась ко мне спиной и, покачивая бедрами, направилась в кабинет Ветрова.

А я смотрела ей вслед и недоумевала: что это сейчас было? В себе я уверена — никакой информации я конкурентам не сливала. Но это же Марина. От нее можно ожидать всего, чего угодно. Не опасаться ее — глупость вышей степени.

Глава 24. Отец и сын

Разговор с сыном прошел отвратительно. Миша как обычно явился не один, а с матерью. Марина всегда вставала на его защиту. В такие моменты она напоминала разъяренную тигрицу. В каком-то смысле Андрея восхищала ее слепая материнская любовь, но не когда ярость женщины была направлена на него.

— Это просто видео, глупая подростковая выходка, — Марина встала так, чтобы закрыть собой сына.

 — Чего ты хочешь от мальчика? Он видит, как ведет себя его отец, и ему это неприятно.

Андрей поморщился. Упрек был справедливым. Он посмотрел на сына, который сидел в офисном кресле и с равнодушным видом разглядывал пол.

— А ты не хочешь ничего сказать? — спросил его Андрей.

Миша пожал плечами. Извинений, которых ждал Андрей, не последовало. Мальчик привык, что ему все сходит с рук. Мать все прощает, а отцу не до наказаний.