Она — его кислород, его солнечный свет, все то, что необходимо человеку для жизни, для Андрея сосредоточилось в Светлане Марковой.

Даже страшно немного от силы и масштабов этого чувства. Слишком оно большое, острое и яркое. Андрей не сводил глаз со спящей Светы, а внутри все сжималось, скручивалось в тугой узел. Хотелось закрыть ее от всего мира, спрятать и защитить. Но еще сильнее хотелось назвать ее своей. А как раз этого он себе позволить не мог.

Но если он и сомневался, как поступить, то лишь до тех пор, пока Света не позвала его к себе в постель. Доверилась. Это говорило о многом.

Это давало надежду. Возможно, однажды, когда- нибудь она ответит взаимностью. Пусть не сразу и даже вполовину меньше, но полюбит его.

Первым порывом было разбудить Свету, признаться ей в том, что он сам едва осознал. Но как она отреагирует? Андрей уже полгода знал эту женщину, как ему казалось, довольно близко, но предсказывать ее поступки он так и не научился. Она могла быть скромницей: краснеть и трепетать, едва он приближался. А порой превращалась в распутницу, от стонов и поцелуев которой кругом шла голова.

С ней все было внове.

Стандарты и правила рушились, когда она рядом. Света сносила их легким взмахом руки. Но даже не это в ней привлекало. Влекли ее эмоции — настоящие, живые. Сотни раз женщины шептали Андрею «люблю», но ни одна не говорила искренне. Катя и та лгала. Она уважала его, ценила, но не любила. Он начал думать, что женщины в принципе не способны на чувства. В других семьях было все то же самое. И вдруг появилась Светлана. Андрей сразу понял: вот она умеет любить. В этом ее сила, этим она его покорила.

Андрей завидовал Роме. Как злобный карлик мечтал отобрать то, что принадлежит другому, просто потому что у него этого нет.

Но любовь невозможно забрать. Ее можно только заслужить. Ему потребовалось время, чтобы это осознать.

Андрей хотел, чтобы его любили, но опасался любить сам. Вот такое противоречие. Чувства ужасно въедливая гадость. Избавиться бы от них и горя не знать. Но, похоже, для него все потеряно. Он завяз, как муха в сиропе.

Он дернулся к спящей девушке, сгорая от желания обнять ее, но так же резко остановился. Вдруг она отвергнет? Своим поведением и словами растопчет все то будущее счастье, что может у них быть.

Андрей не был готов услышать «нет».

И вот он лежал рядом со Светой без сна, прислушивался к ее размеренному дыханию и млел от странного ощущения счастья. Странного, потому что привык получать удовольствие от другого. От вкусной еды, от удачной сделки, от секса. Там все понятно: получилось что-то, и вот он кайф. А тут? Что дает совместный сон? Он ведь даже коснуться Светы не может! И все равно счастлив как мальчишка. Непостижимо.

Но это было счастье с привкусом горечи.