Я все-таки рассказала о толчке, но раздумывала: озвучить ли свои подозрения? Доказательств у меня ноль. Даже я сама не уверена, что права. На основании моих предположений Мише ничего не будет. Зато наши и без того сложные отношения еще сильнее натянутся.

В итоге про мальчика я промолчала. В конце концов, это работа службы безопасности — найти виновного.

Остаток вечера Андрей развлекал меня разговорами на нейтральную тему. Время пролетело быстро, и я не заметила, как уснула под его очередной рассказ. Когда проснулась, свет не горел, и комнату освещал лишь свет луны, проникающий через окно.

Хотелось пить, и я осмотрелась в поисках графина, но первое, что увидела — Андрея в кресле. Мужчина спал, вытянув ноги и сложив руки на груди. Голова склонилась на грудь, а прядь черных волос упала на лоб.

Вряд ли он уснул случайно. Для сна кресло слишком неудобное, не расслабишься. Нет, он намеренно задержался, чтобы провести эту ночь рядом со мной. Это так поразило меня, что я забыла о жажде.

Я пошевелилась, зашелестев одеялом, и Андрей тут же проснулся. Несколько секунд у него ушло на то, чтобы сообразить, где он.

Спросонья вид у него был беззащитный и немного растерянный. Он взъерошил волосы на затылке, и теперь они забавно топорщились, а я поймала себя на желании пригладить их.

Андрей увидел, что я не сплю.

— В чем дело? — спросил он. — Тебе плохо?

— Нет, просто хочу пить.

Он налил воды и помог мне напиться, придерживая стакан у моих губ, а после вернулся в кресло.

— Ты пробудешь здесь до утра?

— Пусть тебя не смущает мое присутствие, — ответил он. — Я буду спать в кресле.

— Но там неудобно.

— В университете я часто ходил в походы, и мне доводилось спать на голой земле.

С креслом я как- нибудь справлюсь, — усмехнулся он.

Я замялась, не зная, как озвучить свое предложение. Позвать Андрея в свою постель было страшно. Что если он не так поймет? Но потом я вспомнила его слова «Неужели сложно поверить, что мне небезразлично твое самочувствие?» Вот сейчас и проверю.

— Ты можешь спать на кровати рядом со мной, — я подвинулась, освобождая ему место.

— Это приглашение?

Я, сглотнув ком в горле, кивнула.

Андрей встал с кресла. Я наблюдала за тем, как он не торопясь раздевается: расстегивает пуговицы рубашки, снимает ее и бросает на то самое кресло.

Мышцы перекатываются под кожей, пресс напряжен. Мужчина расстегивает ремень, звеня пряжкой, а мне до того жарко, что впору врубить кондиционер на максимум. В ушах звенит, голова кружится, но что-то подсказывает — причина не в травме.

Андрей стягивает брюки, и я отворачиваюсь, испытывая прилив дурноты от резкого движения. Он будет спать голым? Так же нельзя, в самом деле…

Мужчина забирается под одеяло, а я понимаю: оно одно на двоих.