– Спасибо, её построила наша сестра Готель, – ответила Хейзел, и юноша увидел, что она растворилась в воспоминаниях о давних временах.

– Ты очень интересный смертный, Джеймс. Ты замечаешь то, чего не видят другие, – сказала Хейзел. – Нам кажется, ты будешь счастлив во Многих королевствах. – Она безмятежно улыбнулась.

– А мы будем более чем счастливы принять тебя здесь, в Мёртвом лесу – добавила Примроуз. – Мне кажется, тебе подходит это место.

Джеймс перевёл взгляд на кладбище внизу. Ему было трудно понять, как такие очаровательные женщины могли жить в окружении множества смертей.

Он размышлял, не в них ли причина печали, которая нависала над ведьмами тёмными тучами, заслоняя их свет.

– Мы – правящие королевы мёртвых. Это наш дом, – сказала Примроуз с улыбкой.

– Это правда, печаль окружает нас, как туман, и угрожает погрузить нас в вечное отчаяние. Но это печаль не о мире, каков он есть сейчас, это печаль о том, каким он был когда-то и каким станет снова, если мы не будем осторожны. – Хейзел выглядела так, словно потерялась между этим миром и тем, которого боялась.

– Наш долг – сохранить и защитить эти земли и сделать так, чтобы они никогда больше не попали в руки моих матерей.

Они погрузят это место в пучины хаоса и кошмара, и их мощь почувствуют все миры, даже твой, Джеймс, и твоя любимая Нетландия. – Слова Цирцеи поселили глубокий холодный страх в сердце Джеймса."

"– Но пусть это тебя не пугает. Мы совсем не похожи на наших матерей и сестёр, которые были до нас, – сказала Примроуз, указывая на стол, где стояли несколько женских портретов в овальных рамках. И там Джеймс наконец увидел их – Странных сестёр, одинаковых ведьм.

Их лица смотрели на него с почётного места среди других портретов прежних королев.

– Верно, Джеймс, здесь мы чтим память королев Мёртвого леса, – сказала Цирцея, снова прочитав его мысли и заставив юношу вздрогнуть. Как бы Джеймсу ни нравились эти женщины, он не мог привыкнуть к тому, что они читают его мысли. Хотя юноша чувствовал, что ведьмы изо всех сил старались не быть навязчивыми.

– Я не понимаю. Мне кажется, ваши матери уже влияют на все миры; как ещё они могли пригласить меня сюда? И зачем они просили принести им торт? – спросил Джеймс, не в силах отвести взгляд от бесконечных могил, окружавших особняк, и от похожих на скелеты существ, помогающих сэру Якобу внести в дом огромный торт.

В этих существах не было души, которой обладал сэр Якоб. Они были другими, немыми, и им не хватало той искры жизни, которую Джеймс чувствовал в их предводителе.

– У моих матерей есть Опал, любимая ворона Тёмной Феи – теперь она служит им. Она живёт в Промежуточном месте, но, в отличие от моих матерей, может свободно путешествовать между мирами.