Облегчение, которое я почувствовала, было неимоверным. Особенно остро я чувствовала эмоции Дина. Видимо, сейчас мой дар сосредоточился на нем.

Я подняла благодарный взгляд на Алекса. И все же просто уйти не могла:

— Что будет с Дином?

— Если Дин согласится помочь следствию, то может отделаться небольшим сроком или даже условным заключением. Тут все будет зависеть от многих обстоятельств, — ответил мне следователь.

— Помочь следствию? — не поняла я. — Он ведь и так рассказал все.

Я это точно знала.

— Вы сами понимаете, что теперь поймать заказчика будет нереально. Если только он сам снова не выйдет на Дина. А это будет возможно только при условии, что об участии в случившемся молодого человека никто, кроме тех, кто сейчас находится в комнате, не узнает, а сам Дин согласится нам помочь.

— Вы думаете, заказчик решит все-таки закончить начатое и появится снова? — нахмурилась я.

Жандак кивнул:

— Появится. Обязательно. И мы сумеем его выследить. Если, конечно, господин граф даст на это согласие и возьмет на себя ответственность за Дина, — и остро посмотрел на Алекса: — Вы хотите узнать, кто так настойчиво хочет вас убить?

Глава 19. Дела семейные и потусторонние

Как же я сегодня устала! Утро было в самом разгаре, а я ощущала себя так, будто успела единолично разгрузить воз картошки. У меня такой опыт был, и я знала о чем говорила.

После допроса Анарии и Дина решено было оставить все как есть и ждать следующего шага заказчика убийства графа. С Дина взяли все возможные клятвы и подписку о том, что он не сбежит и будет помогать следствию. Разумеется, на этом его допрос не закончился, как и допрос Анарии, но на продолжении я не присутствовала — Алекс увел меня из кухни и проводил в комнату:

— Дальше вам будет неинтересно. И… Вам срочно нужно учиться контролировать свой дар. Вы там едва в обморок не упали.

— Согласна, — я потерла лоб, чувствуя нарастающую головную боль.

— Давайте позанимаемся перед обедом? Сейчас вам нужно отдохнуть.

— Да, конечно. Только сначала зайдем к Жоржу. Он, наверное, волнуется.

Алекс зашел в комнату сына первым.

— Отец! — Жорик кинулся в объятия, крепко прижался и со страхом спросил: — Где Элис?

— Я тут.

Я вышла из-за спины графа и погладила мальчика по лохматой макушке.

— Элис! — воскликнул он и перебрался ко мне на руки — я только крякнула от натуги, все-таки он крепкий мальчишка.

— Жорж, быстро спускайся. Ты тяжелый, — попенял ему Алекс и помог мне спустить своего сына на пол.

— Ты ведь не уедешь? — в глазах мальчика плескалось беспокойство.

— Куда это ты хочешь меня спровадить? — улыбнулась я, хотя мое горло перехватил спазм.

Бедный мальчик. Его так часто бросали по разным причинам, что теперь он боится потерять тех, кто с ним рядом.