Возвращение понтифика к родным пенатам тоже прошло штатно – батюшка Василий все это время бдел и уверял, что служки папы «просто спали и ничего заметить были не должны». Василию я верил, потому как тоже все это время отслеживал окружающую обстановку на темпе, но мысленно все же перекрестился и поблагодарил Господа нашего за то, что Сфорца не взял с собой в Монако свою «толстокожую» швейцарскую гвардию.

Вернувшись в отель, мы с Кузьминым в его номере решили «по горячим следам» обсудить действия батюшек. В результате высокие договаривающиеся стороны пришли к общему мнению, что церковники сработали вполне нормально, но опыта проведения именно боевых операций им все же не хватает.

– Натаскаете! – заявил нам присутствующий на беседе Прохор, развалившийся в кресле. – Рапорты по итогам операции напишете завтра, а сейчас спать!

– Ты чего это раскомандовался? – насупился Ванюша. – Ты кого тут спать посылаешь, боец? Да пока ты там с наручниками и скотчем по вражеским апартаментам козликом скакал, я, на секундочку, под надзором государя трем великим князьям и самому Михаилу Николаевичу Пожарскому приказы раздавал! – Колдун сделал зверское лицо, отчего кепка съехала ему на лоб, и рявкнул: – А ну встать, воин!

Прохор, и не подумавший подняться, поморщился, тяжело вздохнул и повернулся к веселящемуся мне:

– Сынка, это еще наш Ванюша вполне по-взрослому себя ведет. Представляешь, что этот гаденыш по молодости творил?..

***До того момента, когда Святослав закончил прослушивание записи наших переговоров с Медичи и Сфорца, мы с братьями успели позавтракать. Наконец патриарх отложил наушники в сторону и прокомментировал услышанное всего одним словом:

– Лихо!

После чего обвел взглядом старших Романовых, князя Пожарского и остановился на мне:"

"– Алексей, если понтифик выполнит все озвученные требования, я тебе лично все твои многочисленные грехи отпущу, в том числе и смертные!

Я на это только кивнул, а Святослав повернулся к государю:

– Коляшка, а почему меня не покидает ощущение, что к планированию и проведению столь дерзкой акции имеет самое прямое отношение наш общий друг Мишаня Пожарский?

Дед Николай хмыкнул и пожал плечами:

– Что есть, то есть… Отрицать не буду.

Святослав же задумчиво протянул:

– Прав был твой покойный батюшка, Коляшка, когда чуть ли не в приказном порядке Мишаню заставлял перевестись на жандармский факультет.

– А ты помнишь, Свят, чем это закончилось? – опять хмыкнул царственный дед.

– Мишаня решительно отказался под предлогом того, что в славном роду Пожарских сроду шпиков не было. Государь после этого заявления по своему обыкновению осерчал, но право выбрать наказание предоставил Мишкиному родителю – военному министру Николаю Михайловичу Пожарскому.