Фирма занимала целый этаж; в конце коридора виднелся холл, уставленный книжными полками с юридической литературой. Там же стояло несколько письменных столов, за которыми работали ассистенты мистера Паттерсона. Хилари никогда не бывала здесь, даже в детстве. Впрочем, кажется, он переехал…

— Мисс Уолкер? — К ней подошла немолодая женщина с коротко подстриженными седыми волосами и доброй улыбкой.

— Да.

— Мистер Паттерсон ждет вас.

Можно было предположить, что все спланировано заранее — как будто он предвидел, что она придет, — девять лет ждал этого. Но что он мог предвидеть — сидя здесь? Что он знал о жизни таких, как Эйлин и Джек; и о том, как она ухаживала за умирающей Эйлин, а потом отбивалась ножом от насильника; и как много лет не наедалась досыта; и о Мейде с Георгиной… И даже о вонючем борове, на днях проводившем «собеседование»? Что он знал о жизни?

Ей же было известно, что он сгубил ее мать — все равно что убил своими руками.

Потом отца… А теперь восседает в роскошном кабинете, и ей нужно от него только одно… А потом она исчезнет из его жизни, чтобы никогда, ни при каких обстоятельствах больше не встречаться!

Пожилая секретарша постучалась в дверь с аккуратной, отделанной кожей медной табличкой: «Артур Паттерсон».

Изнутри донесся все еще знакомый голос: «Войдите!» Хилари вспомнила, как он лгал ей восемь лет назад: «А ты ненадолго останешься здесь, Хилари. Потом я приеду за тобой». Он не выполнил обещания, но это уже не имело значения, она все равно ненавидела бы его. Ей живо припомнилось, как в миг их отъезда она упала на колени посреди проезжей части и, рыдая, выкликала сестер… Хилари сделала над собой усилие, чтобы сдержаться и не заплакать. Все это уже позади… почти все. Восемь лет прошло с тех пор, как она в последний раз видела Александру и Мегану…

— Можете войти, — напомнила седовласая секретарша и, открыв перед Хилари дверь, посторонилась, давая ей дорогу. Та решительно шагнула в кабинет."

"Она не сразу заметила сверкающий стеклом и хромом письменный стол прямо перед огромным, во всю стену, окном, из которого был прекрасный вид на центр Нью-Йорка. А за столом сидел Артур Паттерсон, поразительно неуместный среди Современной обстановки.

Ему исполнилось пятьдесят, а выглядел она на десять лет старше: худой, долговязый, с первыми признаками облысения и скорбными глазами на бледном лице. В эту минуту он был гораздо бледнее обычного.

Он поднялся из-за стола и впился в Хилари взглядом, точно увидел привидение. Перед ним стояла высокая, очень красивая девушка с глянцевитыми черными волосами — в точности как у Сэма. Однако на этом сходство кончалось.

На него в упор смотрели глаза Соланж; это была ее посадка головы, ее горделивая осанка.