Вас зовут Чарли?

Джон Чепмен умел разговаривать с людьми и, если интересы дела требовали его личного участия, запросто добивался от них откровенности. Сейчас он особенно старался, так глубоко задело его поручение Артура Паттерсона.

Он вспомнил Сашу: как он пытался выказать ей свою любовь, а она не поняла. Для нее существует один балет… и Центр Линкольна… и репетиции. Все остальное может катиться к черту. Возможно, и он тоже.

— Да, я и есть Чарли. Кому я понадобился?

Джон протянул руку.

— Меня зовут Джон Чепмен. Я разыскиваю людей, живших здесь много лет назад — в доме напротив.

Эйлин и Джека Джонсов. Вы их случайно не помните, сэр?

Он всегда был очень вежлив, доброжелателен и легко вызывал собеседника на откровенность.

— Ясное дело, помню. Когда-то я помог Джеку устроиться на работу. Но он недолго продержался. Пил, как последний сукин сын, да и она не отставала. Я слышал, будто это-то и свело ее в могилу.

Джон кивнул, словно уже знал о смерти Эйлин. Это всегда срабатывало.

— Я работал на верфи, — продолжал старик. — Чертовски выгодная работа, особенно в военное время. В детстве у меня был ревматизм, так что пришлось всю войну вкалывать у родного порога, рядом с женой и детишками.

Может, оно и непатриотично, но я считаю — повезло.

— У вас, значит, были дети?

— Все они давно выросли. — Старик печально, не вынимая трубки изо рта, покачался взад-вперед. — А жена умерла. Летом будет четырнадцать лет. Добрая была женщина. — Джон сочувственно кивнул. — Мальчики-то меня не забывают, наезжают иногда. А дочка — в Чикаго, ездил к ней на прошлое Рождество. У нее шестеро ребят и муж-священник.

Джон с интересом слушал, гладя собаку. Когда Чарли умолк, он спросил:

— А вы не помните трех маленьких девочек, которые жили у Джонсов тридцать лет назад? Если быть точным — летом пятьдесят восьмого.

Одной было девять, другой пять, а младшей — год с небольшим."

"— Нет, не помню. У Джека с Эйлин не было детей. Они были плохими людьми. Только и делали, что дрались. Однажды пришлось вызывать полицию. Он чуть ее не прикончил.

Подходящий дом для трех маленьких девочек!

— Они были ее племянницами. Их привезли на лето, но старшая потом так и осталась у Джонсов.

Эта попытка оживить память Чарли неожиданно увенчалась успехом.

Старик наморщил лоб и вдруг потыкал в сторону Джона.

— Точно, припоминаю! Жуткая история. Их отец убил свою жену, а потом и сам с горя наложил на себя руки. Пигалицы остались сиротками. Сам-то я видел их всего один раз, но Рут — это моя жена — часто убивалась: какие они славные… как Эйлин над ними издевается… Это было просто преступление — привозить их сюда. Эйлин морила бедняжек голодом. Рут пару раз относила им кое-какую еду, но, должно быть, Джек с Эйлин сами все съедали, а детям не доставалось ни крошки.