Хоть первое сканирование и не выявило никого, но храмовники не унимались и начали ходить спиралью, прощупывая дно и все деревья. Вскоре один из них, ткнув копьё в кору, почувствовал что-то мягкое.

— Ауч! — взвизгнул парень, снимая с себя плетение «Мимикрии». — Спокойной, братцы! Я один из вас…

Касание дубинки-электрошокера мгновенно вырубило парня.

— М-минус один! — довольно оскалился змееглазый храмовник. — А мне плюс одна прибавка к жалованию в этом месяце.

Аналогичные события происходили по всему острову. За первый час число участников Турнира сократилось с тысячи двухсот до всего восьми сотен.

Инквизиция откровенно лютовала, выкладываясь в поисках на все двести процентов.

К концу первых суток число оставшихся в строю участников сократилось до шестисот. Дневная смена инквизиторов отступила к руинам древнего города, уступая место ночной смене техножрецов. Сотни дронов с тепловизорами и детекторами маны начали кружить по острову, ища тепловые сигнатуры.

— Вижу засветку ауры в секторе А2! Предположительно, ветеран [2], скрывающийся внутри льдины под водой.

— Принял, выдвигаюсь к точке с командой, — палладин Иссу поднялся и с места рванул к болотам.

— Дай нам потом подсветку на местности.

Тем временем в лагере храмовников время приближалось к отбою. Бойцы после ужина стали расходиться по палаткам. Один аколит — неодарённый, с весёлой улыбкой, бряцая мечом в ножнах — направился в туалет. Под отхожее место выделили палатку, куда дрон-камере Древних, по понятным причинам, было запрещено залетать.

Прошла минута, затем вторая. Змееглазый храмовник внимательно смотрел за палаткой туалета. Он был уверен: кто-то из участников турнира воспользуется тем, что камеры там не работают.

*Врр!*

Разорвав спиной полог палатки-туалета, юный аколит вывалился наружу. Причём парнишка уже вынул меч из ножен!

— Сюда! — заорал он, указывая на разрыв в ткани. — Я только штаны спустил… Сесть собрался… А там… Там…

Змееглазый пулей подскочил к палатке и первым сунулся внутрь. А там… Из отхожей ямы торчала голова Чон Ву «Сына Пятёрочки». От азиата воняло так, будто на него последние пару часов гадил весь лагерь инквизиторов, вместе взятый. Собственно, так оно и было.

Нечего прятаться в отхожей яме.

Аккуратно вытащив контуженного Чон Ву, змееглазый приметил у того рану на виске.

— Чем это т-ты его?

— В-вот этим? — проблеял аколит, показывая кровь на основании меча. — Я только ш-штаны снял. Нагнулся оружие на пол положить, а тут такое. Даже из ножен вытащить не успел. Случайно вышло… Он же выживет?

Лёгкое заикание даже чем-то понравилось змееглазому. Он и сам страдал от этого недуга всю жизнь. Быстро глянув на паренька, он быстро отметил ауру неодарённого.

— Выживет.