Она смущена. Я мог бы и сам догадаться, учитывая ее пуританские замашки.

Иду на кухню и готовлю нам кофе, стараясь не представлять, как Зарина принимает душ, потому что эти мысли не помогут, а только усугубят мое состояние. Напоминаю себе, что нельзя на нее набрасываться, даю мысленные приказы вести себя поскромнее и не шокировать ее, но все летит к чертям собачьим, когда Зарина выходит из ванной в одном лишь полотенце и заметив меня, смущенно шепчет «Забыла взять с собой одежду», пытаясь скрыться в спальне.

Моя мнимая сдержанность рвется, как нитка, потому что уже через секунду я прижимаю к себе обнаженную жену, не давая ей времени даже испугаться, прежде чем увлечь в поцелуй, который срывает с нас ненужную шелуху сомнений и страхов, оставляя лишь голые чувства и сумасшедшую страсть.

Зарина восхитительна! Я дурею от ее запаха, от нежности кожи, на которой мои руки кажутся слишком большими и грубыми, что только еще больше рвет крышу. Подхватываю на руки и не давая опомниться, несу в спальню, не переставая целовать снова и снова. Просто потому, что не могу оторваться от ее губ."

"Эта ночь не только оправдывает все мои ожидания, она их превосходит, потому что никогда в жизни я так не наслаждался женщиной, как Зариной. В моей памяти именно этот первый раз останется лучшим, потому что я навсегда запомнил эти чувства, ее сладкие стоны и запах нашей страсти, оставшийся витать в воздухе даже после того, как она, обессиленная, уснула на рассвете. Я же не сомкнул глаз, впервые в жизни настолько опьяненный счастьем, что просто не смог заставить свой мозг отключиться.

Глава 27

Меня будят яркие солнечные лучи, светящие прямо на лицо. Нехотя открываю глаза и почувствовав на своем бедре чужую руку, вспоминаю события вчерашнего дня. Максуд лежит за моей спиной и я медленно поворачиваюсь к нему, отчего большая ладонь, по-хозяйски распластавшаяся на моем теле, падает вниз, но это не будит его. Мужчина крепко спит.

У меня перехватывает дыхание от восторга при виде его лица. Не сказать, что Максуд классически красив. Он смуглый, очень, и у него резкие, словно высеченные из камня, черты. И глаза, когда они открыты, темные-темные, дьявольские. Я так боялась его в первые месяцы знакомства! У него слишком грубая, мужественная энергетика, несмотря на то, что он умеет быть обаятельным и харизматичным, и она действует на тебя, даже если ты этого не хочешь.

Я с нежностью обвожу взглядом широкие дуги его бровей, слегка подрагивающие ресницы на сомкнутых веках, нос с горбинкой и прячущиеся в бороде губы. Улыбка на моем лице такая широкая, что мышцам с непривычки больно, но я не могу перестать улыбаться.