Не понимаю, как на меня может действовать таким образом не слишком опытная, молоденькая девушка, но Зарина способна на то, чего не удавалось другим – она держит меня в постоянном напряжении. Я с таким трудом добился этой вредной колючки, что теперь боюсь разочаровать ее. Не в интимном плане, конечно, с этим у меня все отлично, а вообще. Она и так обо мне невысокого мнения, но все же согласилась стать моей женой. Что если, когда мы начнем жить вместе, я ее разочарую и она потребует развода?

Сама мысль о том, что меня пугает развод и именно я – тот, кто цепляется за брак, тоже смешная до колик. Не я ли планировал хладнокровно жениться на Зарине и развестись с ней, если со временем мы друг другу надоедим. А сейчас цепляюсь за нее, словно она единственная женщина в мире, хотя даже не спал с ней и неизвестно, окажется ли это настолько хорошо, как я себе навоображал. Повышенные ожидания имеют тенденцию не оправдываться, в чем я не раз убеждался на опыте. Возможно, мы с колючкой вообще не подходим друг другу в этом плане.

«Она не может разочаровать, это же Зарина!» – в эйфории кричит внутренний голос.

Да-да, кого я обманываю. Это же Зарина и этим все сказано. Я настолько в нее влюблен, что мне все равно на ее темперамент в кровати, лишь бы она была рядом.

Перевожу на нее взгляд, когда мы останавливаемся на светофоре, и заметив, как она вцепилась в свое платье, скомкав ткань на бедрах, понимаю, что девочка нервничает не меньше моего и это странным образом успокаивает. Когда мы доезжаем до дома, я напрочь забываю обо всех своих сомнениях, и подхватив ее пакеты, спешу внутрь. В лифте колючка боится даже взгляд на меня поднять, а когда я открываю дверь в квартиру, нерешительно мнется у порога.

– Проходи. Распаковываться не будем, так как завтра все равно улетать, но можешь переодеться и принять душ, если хочешь. Я заварю кофе.

– Я же не могу ехать в Москву с пакетами, – возражает Зарина. – Надо все это уложить хотя бы в один.

– Не переживай, у меня есть дорожная сумка, – успокаиваю ее. – Завтра все уложим, к чему спешить?

– Ну, хорошо, – нехотя соглашается она и ее пугливое поведение мне совсем не нравится.

Неужели, я такой страшный? Я же не набрасываюсь на нее с порога, хотя выдержка стоит мне немалых сил. Подхожу к ней поближе и медленно подняв руки, опускаю их на ее плечи, нежно поглаживая.

– Чего ты так дрожишь, колючка? Боишься? – Она прикусывает губу, не поднимая на меня взгляд, и качает головой. – Тогда я ничего не понимаю.

Зарина ведет плечом, сбрасывая мою руку, и отходит на шаг.

– Я просто… Мне стыдно! – выдыхает на одном дыхании, резко отворачиваясь. – Я в душ.

И прежде, чем я успеваю ее остановить, шмыгает в ванную. Я не могу сдержать смешка, когда напряжение окончательно меня отпускает. Конечно, ей стыдно.