— Надеюсь, ты не в обиде, что церемония состоялась немного раньше?

— Почему вдруг передумал?

— Во-первых, не мог больше терпеть разлуки и мучений, на которые обрекла нас. Ты приходила ко мне каждую ночь во снах.

— Только не говори, что в том пеньюаре и с распущенными волосами, — в моем голосе прозвучал испуг.

— Именно, дорогая. По всей видимости, тебе уже кто-то рассказал о моей способности хорошо видеть в темноте.

— А во-вторых? — я решила сменить тему разговора, поскольку щеки готовы были в любую минуту превратиться в угольки, так сильно они полыхали от стыда.

— А во-вторых, отец дал мне еще неделю отпуска, которым я намерен воспользоваться…

— Каким образом?

— Узнаешь уже этой ночью, — прошептал Дариел на ухо, и я запылала еще сильнее.

Вскоре экипаж привез нас к роскошному дому, который, как выяснилось, муж снял на ближайшие несколько дней. Спустя четверть часа к нему подтянулись и остальные. Шампанское потекло рекой. Шум и смех наполнили особняк. В нашу честь неустанно звучали тосты. Мы же мечтали лишь об одном: поскорее уединиться. Но бросить гостей в разгар торжества было верхом неприличия.

Часы показывали начало девятого, когда к нам подошла лира Изабель.

— Вам не кажется, что вы тут засиделись? — игристое вино окрасило ее щеки в розовый цвет и развязало язык.

— Кажется, но не можем же мы вас оставить, — Дариел даже не пытался скрыть от нее своей печали.

— Какие глупости! — махнула она рукой. — Нам и без вас будет хорошо.

— Это нарушение всех традиций, но мы именно так и сделаем. Люблю тебя! — он быстро поцеловал ее в щеку и подставил мне локоть.

Под громкие напутственные возгласы, среди которых прозвучали и двусмысленные намеки, мы поднялись на второй этаж, где муж снова подхватил меня на руки и перенес через порог спальни. Ее значительную часть занимала кровать огромных размеров. Дариел запер дверь и приподнял руки у меня над головой. Немалые мамины труды пошли прахом: шпильки одна за другой бесшумно сыпались на ковер, в котором утопали мои ноги. Вскоре волосы каскадом упали на спину, хотя он так и не прикоснулся к ним.

Чтобы создать в комнате романтическую обстановку и сделать эту ночь незабываемой, Дариел воспользовался артефактом. Вечернее солнце, подглядывавшее за нами в окно, вмиг погасло, а над нами загорелись яркие звезды. Муж ловко расстегивал длинный ряд пуговиц на моем платье, но дело продвигалось крайне медленно — он постоянно отвлекался на поцелуи. Его руки и губы дарили невероятные ощущения. Я утопала в ласках, которые принимала без стыда и стеснения, с восторгом смотрела на мужественную грудь, когда Дариел снял рубашку. Хоть за целый вечер я сделала лишь глоток шампанского, чувствовала себя по-настоящему пьяной.