— Быстрей! — прошептал Нишай."

"Тропа вильнула, каменистая равнина открылась нам, и я увидел Белую гору во всей её красе. Величественную, с вершиной, уходящей в туман заката. Чёткую и словно бы подсвеченную неведомым режиссёром.

Или это что-то светилось в серых каменных скалах за Белой горой?

— Пришли! — объявил Сурлан.

Никакого «входа» в Белой горе заметно не было, чтоб её бесы побрали, эту магию. И вообще это была, скорее, скала — совершенно неприступная на вид. Но что белая — это точно.

За Белой горой высилась целая гряда её скалистых товарок, и там, куда садилось солнце, все они пылали, словно между камнями вилась огненная дорога.

Солнце теряло лучи, но не забирало с собой свет. Напротив — перевал разгорался с каждой уходящей секундой, освещая подножие Белой.

— Он чует, — прошептал Нишай. — Все эти дни перевал спал. И вот ты пришёл сюда, Кай — и перевал пробудился.

— Он похож на дорогу, — сказал я.

— Ты пройдёшь по ней, если он пропустит тебя, — кивнул Нишай. — Но сначала нужно к нему пробиться.

Он указал на тёмные походные юрты у подножия Белой. Но не вплотную к ней, а довольно далеко, шагах в двухстах, не меньше.

Среди них выделялась и одна белая юрта. Рядом с ней лежали драконы — теперь и я видел, что огромных рептилий действительно три.

Возле юрт суетились воины. Их было не больше двух сотен. Огромная армия для этого мира, смешная — для моего.

— Терий Верден здесь, — сказал Нишай уверенно. — Белую юрту поставили для него. Но я так и не пойму, кто с ним? Три дракона… Терий Верден, Шудур и?..

Нас заметили. Вечернюю тишину прорезал предупреждающий крик дозорного.

Из белой юрты тут же вышли трое, и я ткнулся во внезапно остановившегося Нишая.

— Ты чего? — прошептал я.

— Это Маргон! — выдохнул он. — Старший над колдунами чёрного слова. Это он учил меня нашему ремеслу!

Я не успел ответить ничего ободряющего. Нишай вздохнул, выпрямил спину и зашагал вперёд, обгоняя наших воинов.

Он подал сигнал, и Сурлан свистнул, останавливая отряд. И схватил Мавика за шлейку на плече.

Следом за Нишаем пошли только я и колдун найманов. Видимо, ему это было по рангу.

Трое остановились на полпути и теперь поджидали нас под охраной дюжины найманов. И я успел разобраться, кто есть кто.

Терий Верден был богато одет, с пылающим амулетом на широкой груди. Но лицо его казалось испитым, а седина длинных волос — грязной.

И глаза бегали. Наверное, он спал и видел, как колдуны свергают его и берут власть.

Шудур выглядел безобидным старичком с чёрными, как смоль волосами — ни одного седого. Его скромная шёлковая хламида была увешена кожаными сумчонками со всякой колдовской снедью.

Маргон же был больше похож на любителя роскоши — упитанный, слащавый, увешенный бусами, а не полезными в бою ништяками.