Под словами «Старый домик» — что имеете в виду? Жилье садовника или саму усадьбу моих предков Гнездо?

Некоторое время в трубке молчали, адвокат что-то заподозревал и был прав. Я с трудом сдерживала возмущение.

— Э, — сказал Кацман. — Хорошо, что вы об этом заговорили, дорогая. Сторона, сделавшая вам предложение, не только обязуется возместить неприятную, но увы логичную потерю родовой усадьбы, но и готова купить неожиданно возникший кусочек земли, который потеряли при первой сделке. Мы-то с вами знаем, что возможностей содержать недвижимость в должном состоянии у вас нет и…

— Нет! — рявкнула я.

Оборотень обхватил меня за талию и, сощурившись, внимательно посмотрел в лицо. — Я не собираюсь продавать Гнездо, ни за какие деньги. Я его хочу себе… Продолжайте аннулировать сделку.

— М-м-м, — на другом конце трубки чувствовалась полная растерянность. — Мисс Холли, это ваше окончательное решение? Может быть вы лично встретитесь с джентльменами, желающими обсудить условия откупа от земли и недвижимости?

— Встречусь! Почему бы не встретиться. Только передайте, что разговаривать буду не с адвокатами и посредниками, а теми, кто реально делает предложение.

Как вы сказали — влиятельными людьми. Хочу услышать их напрямую, уж очень мне интересно видеть такую настойчивость в деле, которое их не касается.

Еще немного порычав на ни в чем не повинного адвоката, я попрощалась, выключила трубку и посетовала:

— Не понимаю, что происходит. Некие большие персоны хотят отдать вам, волкам, мой дом. Но ты же понимаешь — я не отступлюсь. Да просто не в силах его оставить!

— Это я уже понял. У тебя попробуй, забери, — пробормотал оборотень.

 — Эти неизвестные, как и моя бабушка, просто не знают с кем связались. Но не бурчи, возможно, существуют и другие варианты с поместьем, подходящие для всех. Я попозже расскажу, пока работаю над этим.

Мне нравилось, когда у него заламывалась бровь. Поднималась лихим крылом, создавая крошечную складку на лбу, которую хотелось разгладить пальцем. Всегда побаивалась слишком красивых парней, обычно их красота не чья-то, а общая. Слишком много соблазнов, девушек, готовых на все ради привлекательных партнеров. Нет, не мое. Я сражаться с кем-то за мужское внимание не буду.

Но Гэбриэл ухитрился приучить к постоянному присутствию рядом. И его впечатляющая внешность с каждым днем вызывала все меньше опаски. Он казался вполне… надежным.

Чего греха таить, надежность я ценила. Постоянные переезды, съемные квартиры, бесконечная тоска родителей о далекой родине — все это давно посеяло во мне неуверенность в завтрашнем дне, гнетущее ощущение зыбкости. Когда не знаешь, есть ли в мире уголок, который ты можешь с полным правом назвать домом.