Обводит вокруг пупка, рисуя невидимый круг, тянется и целует чуть ниже пупка.

— М-м-м, Миронов, мы потом пожалеем об этом. Прекрати, — часто и глубоко дыша, давлю, но сама молюсь, чтобы он не останавливался и шёл до конца.

— Не пожалеем.

Облизывает мою кожу и втягивает губами. Спускается ещё ниже и медленно раздвигает складочки половых губ, обдаёт раскалённым дыханием нежную слизистую, задевает кончиком языка мой клитор и затем втягивает его. Одновременно размазывая мою влагу от влагалища и вверх, от влагалища и вниз. Проникает внутрь сначала одним пальцем, а затем двумя, расширяя меня и заполняя совершенно космическими ощущениями.

Выпускает из своего плена горошинку клитора и оставляя влажные следы от поцелуев на теле плавно движется вверх, ласкает грудь и снова вверх, к шее, заставляя меня мелко дрожать, вверх к губам, заставляя глухо стонать. Не на секунду не переставая трахать меня пальцами. Медленно, мучительно медленно… Доводит до края, за которым обрыв и полёт. Невесомость. А затем яркая вспышка света, электрические разряды, раскаты дрожи по телу и вновь темнота.

Не знаю, сколько мы лежим, прижавшись голой кожей друг к другу. Время, словно тягучий сладкий мёд, растянулось на бесконечность. В которой, всё стёрлось, осталось лишь то, что есть в данный момент.

Он и я.

***

Глеб копошится у себя в кармане, достаёт телефон и кому-то набирает.

— Потеряли меня? Понятно. Спасибо, что разрулил. У меня просьба. Подгони машину к левой стороне. Да, за подстанцией и жди там, — сбрасывает звонок и убирает телефон обратно в карман.

Аккуратно освобождаясь из объятий, встаю и иду к реке. Глеб покорно бредёт за мной.

Ждёт, пока я умоюсь, кутает в свой пиджак и вновь прижимает к себе.

— Замёрзла?

— Нет, — мотаю головой, упираюсь руками в его грудь, отстраняюсь и в этот момент замечаю, как за деревьями мелькнуло что-то светлое. — Глеб, там… Кажется, там кто-то был.

Он поворачивается и некоторое время внимательно вглядывается и прислушивается к звукам.

— Тебе, наверное, показалось.

— Ну, может…

— Проводи меня до ресторана, я вызову оттуда такси.

— Ты сейчас так прикалываешься? — спрашивает с сарказмом и поднимает брови вверх.

 — Я тебя отвезу.

— Нет, лучше на такси.

— Белова, ты не оставляешь мне выбора. И снова, прости, — резко подхватывает меня на руки, вместе со мной забегает в речку и плюхается.

— Миронов, сука! — выкрикиваю, как только выныриваю из воды, — Какой же ты гад! Сумасшедший!

— Ага, да, я такой, — смеётся, подплывает ко мне вплотную и убирает прядку волос с моего лица. — Ого, а ты ещё и материшься? Прикольно! Такая суровая девочка сразу, — наигранно дует губы, а затем ухахатывается.