Вместе с колясками гулять будем, чатик счастливых мамочек создадим. А там гляди, может наш красавчик-сердцеед, ещё любовницу с пузом приведёт и вот нас уже трое станет. Красота! Как считаешь? Совсем весело будет, да?

— Катя, пожалуйста… — почти шепотом говорю. Просто не знаю, как правильно реагировать на неё и все слова, что сейчас вылетают из её рта.

— Что такое, милая? Я что-то не то сказала? Ой, ты только не нервничай, беременным нужно сохранять спокойствие и душевное равновесие.

Глеб, берёт её аккуратно за локоть и тихо просит успокоиться, но она лишь бросает насмешливый взгляд, отдёргивает руку и готовится к новой порции язвительности.

Но в этот момент дверь кабинета с номером сорок шесть открывается и оттуда выглядывает гинеколог.

— Зайцева Екатерина, здравствуйте! Проходите, пожалуйста, на приём.

Катя закусывает губу, её глаза краснеют, словно готовясь пролить слезы, но она втягивает носом воздух, гордо вскидывает подбородок и скрывается за дверью кабинета."

"Кажется, что я только сейчас начинаю дышать, но от этого ничуть не легче, ведь после такого шумного выступления, мы вмиг стали звёздами, и теперь все, кто находятся в холле, смотрят на нас с нескрываемым любопытством, отчего мне хочется просто сквозь землю провалиться. Не знаю, как бы я выдержала всё это, не будь рядом Миронова.

— Глеб, умоляю, давай уйдём отсюда! — касаюсь его дрожащей рукой и смотрю затравленным взглядом.

Он тихо выдаёт совсем непоэтические строчки, смотрит на меня с печалью, приобнимает за плечо и соглашается без вопросов.

— Пойдём. Запишемся на другой день или ты всегда можешь поискать другого врача.

— А лучше, и врача и другой центр, — говорю, ускоряя шаг, чтобы как можно скорее покинуть это здание. — Спасибо, что сохранял спокойствие и не повелся на провокацию.

Глеб искоса смотрит на меня и коротко кивает.

Настроение застыло в минусовых температурах. Угораздило меня записаться к тому же гинекологу, к которому ходит Зайцева. Что это? Шуточки Вселенной? Спасибо, конечно, но не весело это.

Подходим к машине Глеба, и он вдруг выдаёт яркую улыбку.

— Ты чего веселишься? Мне вот плакать хочется, — ворчу, не понимая его приподнятого настроения.

— До меня только сейчас дошёл один момент.

— И какой же?

— Раз Катя теперь точно знает, что мы вместе, так можно и не особо шифроваться. А значит, Яночка моя, родная, теперь ты не отвертишься и твои загоны про “давай подождем” на меня не подействуют. Сейчас же едем к тебе собирать вещи! Решено! Я тебя перевожу к себе.

— А меня спросить? Может, я против

— П-ф-ф… — фыркает он, затем в пару прыжков достигает меня, подхватывает на руки, перебрасывает через плечо и крутится на месте. — Точно против? Не отпущу, пока не согласишься! — смеётся он.