И моей гордостью конечно, была детская. Станислав повесил балдахин из плотной хлопковой ткани, но не над кроватью, как я думала он сделает, а в уголке комнаты, не видимом из двери, но из которого просматривалась комната и вид из окна. Я купила и повесила там неяркие светодиодные фонарики и положила большую круглую подушку. Получился такой шатер, убежище, где сейчас жила, в ожидании маленького друга, акула Зубатка.

В стеллаже было еще пустовато, в шкафу тоже — я не стала забирать все вещи из квартиры, рассудив, что если уж Андрюхе все таки присудят выходные с отцом пусть у него будет хотя бы привычная одежда.

— Какая красота! — Тамара восхищенно охала и мне было очень приятно такое от нее признание, что я в наведении домашнего уюта не безнадежна. — Андрей будет в восторге.

— Очень надеюсь, — я вздохнула. — Пока что он не очень в восторге к сожалению.

— Это нормально, милая, — Тома обняла меня за плечи, — он поймет потом.

— Пойдемте, покажу спальню, — я смахнула непрошенную слезу.

А в спальне…

Глава пятидесятая

В спальне у меня лампочка перегорела, оказывается.

— Упс! — Я сюда вечером еще не заходила.

После ухода Станислава я заправила кровать, а другой мебели тут пока еще не было.

— А лампочки у тебя есть? — Спросил Борисыч, — заменить-то — плевое дело.

— Завтра куплю, — мне было неловко. Вот и провела экскурсию. Только бы кран на кухне не сломался для полного антуража!"

"В кухне-гостиной теперь было гораздо уютнее. Мы со Станиславом передвинули диван и кресло, отделяя кухонно-столовую зону и теперь дело было за деталями — ковром, скатертями, диванными подушками и телевизором. Я заходила сюда и видела совсем другую картину: закатное солнце озаряет комнату, из колонок мурлычет музыка, сын валяется на ковре у дивана, задрав ноги и читает книжку, я же у плиты, жарю его любимые блинчики.

Где-то на задворках сознания еще маячил Станислав, пытающийся как-то вписаться в эту картинку, но после сегодняшнего разговора с адвокатом никак в нее не влезавший.

Но все остальное я своим гостям изложила в подробностях!

— А у нас ведь есть ковер, Тамара.

— Точно! Нам сын как-то подарил, большой роскошный, в скандинавском стиле, только ты же видела нашу гостиную, там под скандинавский стиль надо всю гостиную менять, — Тома расхохоталась.

 — Тебе же тут впишется, как родной!

Кажется, я снова попыталась расплакаться, на этот раз от радости, что рядом со мной есть такие люди, которые поддержат и словом, и делом. На этот раз мне даже не позволили возражать, загрузили в машину и увезли ужинать, пить чай и спать.

***

Переезд начался в субботу. Утром мы с Андрюхой встали, а на кухне Тома уже накрыла стол, вокруг которого радостно прыгал Булька.