— А почему не было на приёме ни одного мужчины? Вы ведь здесь принимаете не только как женский врач.

— У мужчин нет ограничения на выезд из посёлка. Они при необходимости могут посетить муниципальную больницу в ближайшем городе. Это женщинам запрещено покидать пределы территории стаи.

Глава 40. Тяжелый случай"

"Уже когда мы стали собираться, упаковывая собранные анализы в транспортные контейнеры, к нам подошла Ольга.

— Идите за мной, — позвала она и повела нас в одну из пристроек дома. Откинув в сторону грубую занавеску, служившую дверью, женщина включила тусклое освещение. — Ей нужна помощь, — сдавленно произнесла она и отступила в сторону, открывая обзор на распростёртое на голом дощатом полу тело худой беременной волчицы.

Алевтина Олеговна не спешила подходить. Какое-то время понаблюдала за приподнявшей при нашем появлении голову волчицей.

— Какой у неё срок?

— Ей рожать примерно через две недели.

— Почему она здесь? Её муж погиб?

Ольга покачала головой.

— Он встретил Пару. Месяц назад привёл её в дом, а Василину отправил сюда. Скидывать ребёнка уже было поздно. А ведь с Василиной они женились по любви.

Дальше пояснять она не стала. Даже мне было понятна вся глубина трагедии

— Ясно, — глухо ответила врач. — Когда она в последний раз оборачивалась?

— Как тут оказалась, так больше и не оборачивалась.

— А Альфа?

— Только животная часть откликается на его зов. Человека он не находит.

Женщины вышли на улицу, а я задержалась. Меня потрясла эта история. Я потянулась эмпатически к волчице, но, к сожалению, не ощутила ничего. Даже животные половины испытывают эмоции. А тут пустота — чёрная и засасывающая в бездну. И не за что зацепиться, чтобы из неё выбраться. Она, как омут, утягивает в холодную трясину. Нет в ней ориентиров.

— Кристи! Кристи, очнись! — как сквозь вату, до меня доносился встревоженный голос Виктории Астаховой. Обжигающая боль хлёсткой пощёчины вернула меня в реальность. — Прости, девочка. Ты слилась сознанием с Василиной. Тебе ещё рано так глубоко погружаться.

Меня окатило мощным потоком эмоций окружающих меня женщин. Свекровь явно испытывала облегчение, видя, что я пришла в себя. Алевтина Олеговна, как маленький военачальник, продумывала тактику ведения будущих родов Василины. Ангелина с горящим по-волчьи взглядом была настроена решительно — забрать проблемную волчицу с собой под своё крыло. Ольга была переполнена веры в лучшее. Почему же мне она показалась колючей при знакомстве? Теперь я знала, что она из тех, кто пожертвует собственным благополучием ради счастья всех тех женщин, что оказались под её опекой.

Домой мы возвращались вместе с беременной волчицей. У Виктории Андреевны на уговоры Альфы Рыжих волков ушёл целый час.