Я прикрыла голову руками и подтянула колени к подбородку, школьные годы, когда меня травили девчонки из класса намертво засели в голове и научили обороняться. Я точно помнила, когда бьют толпой лучше закрывать живот и голову, одно попадание ногой в солнечное сплетение и на несколько минут ты лишён возможности вздохнуть. Но удары школьниц не шли ни в какое сравнение с силой мужского кулака.

Я никогда не видела Андрея в таком гневе, он старался бить по голове, попадал по рукам, которыми я закрывала голову, злился ещё сильнее и снова замахивался, пока внезапно удары не прекратились. Голова гудела, но я не чувствовала боли, отодвинула немного руку, чтобы посмотреть почему он остановился и увидела широкую спину Димы. Я резко села. Зачем он поднялся? Мы же договорились, что он будет ждать внизу.

Я молча смотрела как Дима методично отводил руку назад и с силой наносил удары кулаком по лицу Андрея. Происходящее напоминало картину нападения коршуна на серого воробья, Андрей выглядел так же беспомощно: он извивался, пытался вырваться, махал руками, но дотянуться до Димы не мог. А Дима тем временем нанёс последний удар и оттолкнул Андрея, тот попятился и упал на диван. Он держался за нос, из которого лилась кровь, кожа на скуле и около глаза набухала и синела мгновенно."

"– Ещё хоть раз руку на неё поднимешь и я тебя убью. Ты понял? – тихо сказал Дима, но в его голосе звучало столько стали и угрозы, что Андрей тут же утвердительно затряс головой.

Дима опустился передо мной на колено, бегло осмотрел лицо.

– Скорую надо вызвать, – сдержанно заметил он, но я видела его глаза, в которых читалось неподдельное беспокойство.

– Нет.

– Надо бы показаться, вдруг сотрясение. Да и ментов надо вызвать, чтобы зафиксировали побои.

Я покачала головой.

– Нет, Дима. Не надо ничего. Я просто хочу поскорее отсюда уйти.

Он взял меня за руку и потянул за собой, помогая встать. Схватил сумку с вещами и мы вышли.

Только в машине, глядя в зеркало, я смогла оценить степень злости Андрея – левая скула отекла и приобрела фиолетовый оттенок, белок глаза заплыл кровью.

– Господи, какая я страшная, – слёзы буквально брызнули из глаз.

– Дурочка.

Дима крепко обнял меня и прижал к себе.

– Радуйся, что жива осталась. Ещё немного

– Почему ты решил подняться?

– Тебя долго не было.

Слезы лились от обиды и никак не хотели останавливаться. Постепенно стала возвращаться чувствительность, голова болела, а лицо саднило. Дима продолжал обнимать и поглаживать ладонью по волосам.

– Поехали всё-таки я отвезу тебя в травмпункт.

– Не…надо,– я шмыгнула носом, пытаясь успокоиться. – Я просто хочу домой полежать, сделаю компресс, завтра уже будет лучше. А в больнице опять придётся сидеть куеву тучу времени в очереди.

– Поехали туда где нет очереди.