Я благополучно избежала школьного буллинга, у нас был очень дружный класс. Родители меня любили и баловали. Врагов у меня не было. Я была непуганая ворона и не представляла, до какой подлости могут отпуститься люди. И насколько беспомощной я окажусь перед чужой низостью и хамством.

Я достала с антресоли коробку с мамиными личными вещами. Я не притрагивалась к ней целый год. Слишком больно.

На дне коробки лежал старенький телефон. Только зарядного устройства почему-то там не нашлось. Я никак не могла вспомнить, куда я могла его положить. В памяти те дни остались смазанным чернильным пятном. Что-то делала, куда-то ездила, с кем-то говорила, но никакие подробности в голове не отложились.

Я перерыла все ящики письменного стола, шкафчик с папиными инструментами и разной непонятной мне ерундой, проводами, коробочками, схемами, которые папа постоянно паял. Два раза по кругу проверила все места, где могла бы лежать зарядка.

Устав от бесплодных поисков, решила сделать перерыв и сварить себе кофе. Привычные размеренные действия успокаивали. Две ложки кофе на дно турки, воду, включить конфорку плиты, следить за пенкой, вовремя снять турку с огня, покрутить по часовой стрелке, давая время пенке осесть и снова поставить на огонь. Я так увлеклась процессом, что чуть не опрокинула турку, когда в прихожей, неожиданно, несколько раз коротко и тревожно прозвенел звонок.

Глава 16

— Батюшки! Агата, что с тобой?

Глядя на ошарашенное лицо соседки, я не сразу поняла о чём она. Потом вспомнила про расцарапанное лицо и засмеялась.

— Да ерунда, — махнула я рукой, — поцарапалась.

— Да как же тебя угораздило? Опять без мужа не обошлось? — тётя Лена обеспокоенно оглядела меня с ног до головы на предмет других повреждений.

Рассказывать о своём позорном побеге через колючие кусты не хотелось. Я приглашающе подвинулась в сторону и показала рукой в сторону кухни.

— Тёть Лен, я кофе сварила, хотите?

— Пойдём, расскажешь мне всё. — соседка решительно шагнула в квартиру. — Деточка, что же у вас случилось?

— Случилось, тёть Лен, случилось, — я обречённо вздохнула, — измена у нас случилась.

На уютной и солнечной кухне мы проговорили несколько часов. Я рассказала всё, что со мной произошло в последние дни. Иногда срывалась в слёзы, но тут же гасила их и переключалась на злость и негодование. Соседка слушала не перебивая и время от времени осуждающе качала головой.

— Кто бы мог подумать! Казался таким хорошим парнем. Надёжным. Я думала, он души в тебе не чает, а он мерзавцем оказался. А мамаша его мне сразу не понравилась. Пришла незвано, раскомандовалась, слово вставить не давала. Мы думали, с похоронами сами справимся, поможем тебе во всём, а эта налетела.

— Тёть Лен, она и правда помогла, всё за один день решила.