Понятия не имею, как жить дальше. Если принять условие Давида, то вопрос решаем, но я пока думаю.

Он ничего не требует взамен. Просто расширяет возможности и все. Ни одного ультиматума, ни одной попытки шантажа. Верить, нет?

— Дина, я прошу подумать. От такого не отказываются. Тем более при твоем положении. Мне ничего не нужно. Я хочу тебе помочь. А дальше… Не будем загадывать. Но я клянусь, что больше ни единого намека. Пальцем тебя не коснусь, если сама не захочешь. Только твой выбор главный. Понимаешь? Клянусь чем хочешь, больше не трону.

Раздирают противоречия. Сеют сумбур и сумятицу в голове.

Верить, нет?

Прикрываю глаза и, как назло, накатывает покрывалом ощущение его прикосновений. Грубых, теплых. Нежных, властных. Невыносимых.

Стискиваю зубы, гоню от себя преступные мысли. Нельзя. Я ничем больше ему не обязана, а он тем более. Прочь!"

"— Динка, прости. Слышишь? Мне жаль, что так вышло. Правда жаль. За слова те … Вранье. Все со злости. Прими предложение, хоть так окончательным мудаком себя чувствовать не буду.

— Так ты и есть мудак, Барский. По отношению ко всем своим рабыням.

— Плевать на них. Главное, чтобы ты отпустила мне грехи.

И ты не рабыня.

— С чего вдруг? Относился как к …

— Дин! Прости.

Волнующие разговоры, вибрация воздуха, яркий блеск глаз и прерывистое сбивающееся дыхание. Вот наша встреча.

Я ненавижу волнительное состояние. Оно меня убивает. Мало того, что к теперешней ситуации неопределенности мешок прилагается, так еще и Барский с дарами. Как растащить все? Как не ошибиться и не попасть в силки? Не доверяю Давиду, несмотря на искренность и покаянность. Все может быть всего лишь псевдо-правдой. Не более.

Он оборотень. Он лжец.

Преследует свою цель, наплевав на все. В бытность брака была свидетельницей того, как безжалостно расправлялся с конкурентами. Уничтожал и улыбался. Не помогали ни мольбы, ни предложения. Барский все сметал на своем пути. Если считал нужным разорить чужой бизнес, мешающий задумке, то делал без промедления. Репутацию заслужил не зря. Звание бессердечного урода, с которым нельзя договориться оправдывает полностью.

Червяк сомнений точит. Покой пропадает вовсе.

Как же надоело все. Гашу свет в доме и падаю в кровать. Заматываюсь с головой в одеяло, зажмуриваю с силой глаза.

Хочу уснуть, провалиться в небытие чем скорее, тем лучше. Где там чертова сонная бездна?

— Ты серьезно считаешь, что я приму?

— А ты считаешь, что сможешь отказаться? Подумай, возможность вот она, — протягивает раскрытую ладонь, — лежит сверху. Бери.

— Барский, я не хочу быть тебе обязанной, понимаешь? Я вообще ничего не хочу!

— Подумай. Не принимай решение сразу. Готов говорить в любую минуту. Предложение действует бессрочно.

— Уезжай, Давид.

— Дин! Ты осталась совсем одна.

— Слава.