Ему нас — сочных и красивых подавай!

Девушка самодовольно рассмеялась, а у меня брови полезли на лоб от изумления.

Боже мой! Так муж мой — вообще кобель неразборчивый, да простит меня собачье племя за такое нелестное сравнение…

Глава 3

Приживалка

Очередное утро началось с того, что едва ли не на рассвете в спальню постучалась Нила. К счастью, в монастыре я привыкла вставать достаточно рано, чтобы это не стало неожиданностью.

Всё такая же угрюмая и холодная, с вечным пучком на голове, похожим на комок шерсти — она молча принялась убираться в комнате, даже не взглянув в мою сторону, словно меня здесь не было. Я даже открыла рот от изумления. Разве я просила об уборке?

Хотелось выпроводить её прочь и сказать, что я сама займусь своими делами. Но я помнила, что аристократы в спальнях своих не убирают. Нет, я должна скрепиться и не поступать по-старому…

И хотя мне было неприятно, что она перебирала мои личные вещи, трогала чётки, переложила с места на место аккуратно сложенное монастырское платье, я стерпела. Завтра же уберу всё это в сундук, чтобы она даже не прикасалась к ним.

Я сидела в кресле и молча наблюдала за Нилой, пока она аккуратно поднимала с пола упавшую шкатулку, которую я даже не замечала всё это время, вытряхивала пыль с вязанных салфеток, тщательно расставляла по полкам бесполезные глиняные статуэтки…"

"Хотела бы я сказать, что её старательность вызывала уважение, но… нет. Каждое движение служанки каким-то образом выдавало её ледяное презрение ко мне, заставляя чувствовать себя ничтожной. Удивительно, как некоторые люди способны передать своё отвратительное отношение даже через движения.

Когда Нила наконец закончила и собралась уходить, я с достоинством уточнила:

— Мне ещё завтрак принеси пораньше, прямо сейчас. И всё остальное тоже. В миску с тёплой водой для умывания добавь немного трав. Лучше всего, если это будет ромашка. Надеюсь, вы запаслись ею на зиму?

Ух, как получилось властно и высокомерно! Просто отлично!

Нила раздражённо поджала губы.

— Да, госпожа, у нас достаточно засушенных лекарственных трав.

— Вот и отлично! — произнесла я со мнисходительным удовлетворением. — Будь добра, приноси мне воду с ромашкой каждое утро. И чтобы она была тёплой, а не горячей, как в прошлый раз.

— Хорошо, госпожа.

Нила склонилась ещё ниже, источая невероятное раздражение. Я хмыкнула.

Но до чего же интересная женщина! Как ей это удаётся? Кажется, даже её пучок на голове уже жутко ненавидит меня…

Когда Нила наконец выпрямилась и собралась быстренько сбежать, я снова остановила её вопросом:

— Скажи-ка, а в доме есть библиотека?

Она бросила на меня беглый взгляд. Тонкие губы сжались в одну полоску, а в глазах мелькнуло жгучее раздражение.