Эта поездка серьезное испытание для меня, для нас. Твоя поддержка очень нужна. Обними меня, пожалуйста, крепко, крепко.

Назар сжимает свои руки вокруг моей талии и отрывает от земли. Кружит перед зданием аэропорта, не обращая внимания на то, что мы можем кому-то мешать."

"— Я всегда тут, — шепчет Горский, вернув меня на землю. Его горячие ладони гладят мои замерзшие щеки. — Всегда. Чтобы не случилось, говори обо всем открыто. Хорошо? Я понимаю, что эта поездка самое сложное, что случалось в нашей жизни. Если ты чувствуешь, что не можешь, то говори, не переступай через себя. Поедешь спокойно домой, я и слова не скажу.

Толкаю мужа под ребра.

— Еще б ты что-то сказал. Внебрачный ребенок в нашей семье есть только у тебя, — язвительно рычу я.

— Ну наконец-то ввернулась настоящая Веснушка. А то мне уже страшно было. Колени стали дрожать рядом с той до чертиков спокойной версией тебя. Черт его знает, что от такой Каролины ждать можно.

— Дуралей, — бормочу я, пряча рвущуюся улыбку в теплую шею Назара.

Пока мы с мужем болтаем и обнимаемся, таксист выгружает наши тяжеленные чемоданы из багажника желтого седана. Мужчина громко возмущается, что он не нанимался в грузчики, но ставит последний чемодан рядом с нами.

Назар достает из кармана брюк пару купюр и всучивает их в руки моментально повеселевшего бомбилы. Спрятав чаевые, таксист желает нам счастливого пути и, запрыгнув в салон авто, быстро уносится прочь.

Не могу отлипнуть от супруга. Не хочу. Прижимаюсь к его колючему пальто. Смотрю на бегущих мимо нас людей. Кто-то, как и мы, сегодня покинет этот город, кто-то, наоборот, только приземлился в родных краях. Каждый со своей историей, со своей судьбой. Сотни, тысячи незнакомых лиц проносятся мимо.

С неба на вечерний город опускаются большие снежинки, падают куда придется и тут же превращаются в воду. Назар возмущается, что я опять путешествую без шапки. Натягивает мне на голову капюшон зимней куртки по самый нос. Хохочу и прижимаюсь к нему еще сильнее.

Нервозность постепенно притупляется. Не исчезает, но по крайней мере позволяет двигаться дальше. Назар рядом. Чтобы не происходило, чтобы не случилось дальше он со мной. А я с ним. Мы поддержка и опора друг для друга. Мы две половинки.

Накрываю губы мужа своими, скольжу холодным носом по его щеке.

— Я готова. Пошли скорее внутрь, — глядя в зеленые глаза Горского, отстраняюсь я на шаг.

Назар одаривает меня ответным чмоком. Затем, подхватив одной рукой два наших чемодана, спешит вместе со мной к раздвижным дверям аэровокзального комплекса.

Минуем металлодетекторы, сворачиваем к эскалаторам.