Саша жестом просит написать ей или позвонить завтра. Когда железная дверь шестнадцатиэтажного дома закрывается, Горский тут же вдавливает педаль газа в пол.

Несемся по ночному городу. Цифры на спидометре превышают разрешенную правилами дорожного движения скорость на добрый десяток километров.

— Тормози, — рычу я, когда стрелка переваливает за сто сорок километров в час. — Ты угробишь нас.

— Зато как поэтично будет смотреться гравировка «И умерли они в один день» на наших надгробьях, — бормочет устало Горский.

— Что ты несешь? — Глядя на растущую скорость, я цепляюсь рукой за двери, а стопами сильнее упираюсь в пол.

— Какие еще умерли? Ты в своем уме?

Испуганные ноты моего голоса таки отрезвляют мужа, и он отпускает педаль газа.

— Каро, ответь мне на один вопрос, — отрывая взгляд от дороги, вдруг интересуется Горский. — Какого черта ты в драных колготках делала в караоке? Почему твое пальто в таком состоянии?

— Песни пела, разве не ясно? Развеяться захотелось, пока любимый муж проводит время в компании своей любовницы.

Назар сжимает руль с такой силой, что белеют пальцы.

— Твою мать, Каролина! — разъярённо рычит он.

— Я был в больнице. В больнице! Маленький ребенок задыхался, потому что его мать идиотка не удосужилась спрятать пузырек с таблетками.

— Всегда говорила, что Баженова дура, — с двойным удовольствием язвлю я.

— И? Это все, что ты можешь сказать?

Вопросы мужа обижают. Скрещиваю руки, чтобы хоть как-то защититься от его укора.

Назар сворачивает в ближайший карман и останавливает машину. Заглушив мотор, он устало выдыхает. Трет ладонями лицо, чтобы немного взбодриться.

— Я понимаю, что все происходящее для тебя очень не просто. Как и для меня.

Поверь, Каро, я каждую минуту думаю над тем, как разрешить все так, чтобы тебя, в первую очередь, это касалось меньше всего. — Ироничный смешок вырывается из моей груди. Думает он. — Понимаю, что получается пока паршиво. Особенно сегодня. Но, Веснушка, поставь себя на мое место. Хотя бы на секунду. Ты бы осталась в стороне в таком случае? Или все-таки поехала делать хоть что-то?

— Я бы не стала спать с помощницей, если бы была на твоем месте. Лучше уж в баре кого подцепить, и то заразы было б меньше."

"— Шутка засчитана. — Гор устало поднимает уголки рта вверх.

— А если серьезно?

— Скорую можно вызвать.

— Согласен. Можно. А дальше что? Лежать спокойно на диване?

— Как вариант.

— А вдруг позвонят и скажут, что не спасли. Что тогда?

Боль в голосе мужа бежит морозом по моей коже.

— С ним все нормально? - Шепот переходит в раненый хрип. – Он жив?

— Промыли желудок, поставили капельницу. До утра он под присмотром врачей, а дальше видно будет.

Молчим, напряженно дышим. Сидим друг напротив друга, каждый со своей правдой, со своим видением происходящего.