Я до сих пор не забыла, как блондинка Мина подсыпала стекло в мои туфли, а брюнетка Жанна подрезала мой корсет таким образом, чтобы во время ходьбы он сполз вниз и оголил перед всеми зрителями мою грудь.

Модельный бизнес жесток. Девушки несмотря на свою хрупкость и зачастую ангельский взгляд в душе те еще хищники. Каждая готова выгрызть зубами место под солнцем. И я не исключение.

В глаза мы — подруги, за спиной — гремучие змеи. Дружить здесь можно только пока вы с подружкой находитесь на одном уровне. Как только тебе выпадает шанс подняться выше, тут же становишься её врагом номер один.

Острые языки некогда подруг быстро разносят все твои тайны по желтым газеткам, плюют в спину, как только ты оказываешься хоть капельку лучше, чем остальные.

Сворачиваю вправо. Заветная дверь туалета в пяти метрах. Но увидев возле нее Назара и Аннет, я тут же возвращаюсь за угол.

Осторожно выглядываю из своего укрытия. Вслушиваюсь в их разговор. Не в моих правилах прятаться. Обычно я несусь на всех парах несусь в гущу событий, но сейчас…

Растерянность в глазах Назара, которую я ранее никогда не видела, меня останавливает. Он стоит напротив Аннет и держит в руке чью-то фотографию.

— Нашему сыну, Горский, год и четыре. Зовут Мирослав. Нам нужны деньги. Много денег.

С трудом удается сдержать смех. Эта женщина сумасшедшая. Прийти к Горскому и просить милостыню. Господи, это умора. Что ж там за мужик у Баженовой такой непутевый, что женщине приходится идти на поклон к бывшему боссу?

И не стыдно ей? Давит на жалость через маленького ребенка.

Выпрямляю спину и выхожу из укрытия.

— Вот так встреча! Кого, кого, а тебя, Аннет, тут увидеть я точно не хотела.

— Здравствуй, Каролина. Рада, что ты к нам присоединилась.

Бросаю в сторону блондинки мимолетный насмешливый взгляд, полностью сосредотачивая внимание на своем муже."

"— Всё хорошо? — смахиваю с его пиджака невидимые пылинки, прикасаюсь пальцами к гладко выбритому подбородку.

Складка меж его бровями становится глубже, сужаются веки.

— Я же сказал, что сам разберусь. Возвращайся в гримерку, Каро. Показ вот-вот начнётся. — громко чеканит Горский.

Поджимаю недовольно губы. Опять этот его командный тон, да ещё и при Баженовой. Бесит.

Я уже готова устроить скандал, но раздувшаяся вена на шее мужа привлекает моё внимание. За годы нашего брака я успела уяснить, что она становится видна только в том случае, когда муж чертовски зол.

Все, кто знает об этом маячке, предпочитают устраниться и переждать бурю где-то в другом месте.

Почти все.

Я и Аннет — единственные, кто никогда не пасовал перед ужасным настроением Горского.

— По какому поводу собрание? Ностальгия о былых временах? — растягиваю губы в притворной улыбке.