— Какого черта?

Баженова проходит в квартиру не дожидаясь приглашения. У нее в руках два больших пакета из местной сети супермаркетов.

— Я поесть привезла. Уверенна, что в твоем холодильнике мышь давно повесилась.

— Почему ты не в клинике? Кто остался с Миром?

— Я только на час отлучилась. Он все равно спит из-за новых лекарств. Если проснется раньше, медсестра обещала позвонить.

Бросив шубу на диван, Аннет закатывает рукава красного платья. Начинает выставлять контейнеры с готовой едой на стол, не реагируя на мои возмущения.

— Ты с головой вообще дружишь? Я же просил тебя побыть с Миром до утра. Мне нужен отдых.

— Так ты отдыхай, Назарчик. Я просто еду разогрею и уеду.

— Какая ж ты, — сжимаю пальцы в кулак, борясь с желанием придушить эту женщину. — Или ты сейчас же возвращаешься в клинику к сыну, или туда еду я!

Баженова игнорирует мой ультиматум. Не сдерживаю нецензурную брань. Машу рукой на выжившую из ума бывшую помощницу. Пусть делает, что хочет. Я тут не останусь. За две минуты переодеваюсь в спальне. Возвращаюсь в гостиную за мобильным и курткой.

— Не пущу никуда, пока не поешь, — выставив руки, протестует блондинка.

— Спешу и падаю.

Баженова хватает мой телефон первой. Прячет гаджет за спиной.

— Аннет, у тебя пять секунд, чтобы отдать его мне.

Мать Мирослава игнорирует моё предупреждение, настаивая на совместном ужине. Отказываюсь. Продолжаем ссориться из-за её непрошенного визита."

"Звук нового уведомления прерывает нашу ссору. Баженова косится в экран моего телефона. Успевает прочесть часть текста прежде, чем я забираю свой гаджет.

— Каролина уже забыла о тебе, Назар. Сколько можно по ней убиваться? — Язвительным тоном спрашивает Аннет.

Не желаю отвечать. Надеваю куртку, прячу ключи и телефон в карман.

— Ты, наверное, не в курсе, но у твоей бывшей появился новый ухажер.

Вскидываю удивленно брови. Укол ревности пронзает грудную клетку. Закрываю глаза, чтобы проглотить горькую досаду. Я предполагал, что такое может когда-то произойти. Готовил себя к этому. Но ни черта не вышло. Все равно больно.

— Ты не знал? Прости. — Баженова, воспользовавшись моим ступором, подходит вплотную. — Вот такая вот короткая любовь у этих малолеток. Три месяца и скачут на свидания к другому. Забудь о ней. Она не достойна тебя.

Ладони Аннет скользят по рукавам моей куртки, медленно подбираются к плечам и шее.

— А ты значит достойна? — хватаю запястья Баженовой и отлепляю от себя.

— Я тебя всегда любила, люблю и буду любить. Только я разделяю с тобой все тяготы лечения нашего сына.

— Не стоит идти на такие жертвы, — ухмыльнувшись, смотрю Аннет прямо в глаза. — Ты никогда не станешь той, кого я люблю. Ты — не Каролина. Уймись, наконец. Достала.

Обхожу застывшую блондинку и иду к дверям. Шнурую ботинки.