Мне нужна эта капля радости сегодняшним вечером."

"Лопаю второй кусок шоколадной комы с глютеном. Беру в руку третий сладкий бутерброд. С радостью уплела бы и третий ломтик хлеба, но тяжесть под ребрами призывает остановиться.

Увидев мой праздник живота, Илья неодобрительно качает головой.

— Знаешь ведь, что заедать стресс нехорошо.

Младший брат мужа падает на свободный стул, вытягивает ноги вдоль стола. Смотрит на меня прищурив взгляд. Откладываю лакомство обратно на дощечку, сглатываю противный ком, образовавшийся в горле от пристальной слежки родственничка.

— Брысь отсюда, мамочка-переросток. Весь аппетит испортил.

— Каролин, ты помнишь про свои сложные отношения с едой?

— На память никогда не жаловалась.

Демонстративно закрываю банку с пастой и прячу её в холодильник. Хлеб постигает та же участь.

— Доволен? — уперев руки в бока, с насмешкой интересуюсь я.

— Более чем.

Выхожу из кухни и иду к лестнице на второй этаж. Илья следует по пятам.

— В душ ты тоже со мной пойдёшь?

— Каро, не преувеличивай.

— Илья, — устало потираю переносицу, прежде чем поднять голову в сторону брата мужа, — понимаю твою тревогу. Но я ничего не буду делать. Я слишком устала. Просто хочу откиснуть в теплой ванной, смыть с себя остатки косметики и лечь спать. Мне плевать, если ли у твоего брата бастард или нет. Да пусть хоть их целый выводок будет. Мне всё равно.

Илья мне не верит. Да что там, я сама себе не верю. Конечно, меня волнует вопрос детей у Горского. Их много или он только один? Но еще больше всего меня ломает от того, что мама этого ребенка не я. Не его жена.

— Каролина, я думаю это всё не правда. Аннет врёт.

Отмахиваюсь от слов Ильи и сбегаю наверх. Нельзя в них поверить. Нельзя. Иначе потом будет ещё больнее.

Забегаю в спальню и запираю за собой дверь. Не хватало ещё, чтобы младший брат мужа приперся следить за мной сюда.

Бьюсь затылком о дверь, сцепляю крепко зубы. Смотрю в потолок, моргаю. Слёзы душат все слёзные каналы. Закладывает нос, першит в горле. Стучу пяткой по полу отсчитывая до десяти.

Я не буду плакать. Больше не буду плакать.

Захожу в ванную и тут же стаскиваю с себя измазанную в гриме майку. Остаюсь в одном бюстгальтере с мягкой чашкой. Подхожу к большому зеркалу и смотрю на свое отражение.

Под глазами опять проступили темные круги. В уголке рта застыло немного шоколадной пасты. Слизываю языком каплю сладкой массы.

Чувствую вины накатывает слово лавина. Я не должна заедать стресс. Это неправильно. Секундное удовольствие не решит проблем, а только подкинет других.

Лишние килограммы, нарастающие на бедрах, страшными картинками проносятся перед глазами. Падаю на колени перед фаянсовым другом и толкаю два пальца в рот.

Горечь желудочного сока обжигает язык и нёбо.