У меня паранойя, раздвоение личности? Или мне кажутся вещи, которых не было? Увидев, что директор пристально на меня смотрит, я извинилась, сказала, что у меня состояние страшного стресса после гибели друзей. Директор понимающе закивал и перевел тему разговора в другое русло, более выгодное для него.

Мы еще какое то время обсуждали накопительные программы, вклады в благотворительные организации. Я подписала все бумаги, перевела некоторую сумму родителям и вышла из банка и вдруг вспомнила… Выигрыш. Да, я играла в лотерею. Мы с Дэном в шутку две недели назад купили два лотерейных билета и заполнили их прямо на улице.

Черт, черт. Черт.

Я закрыла глаза и силой сжала челюсти. Я вернулась назад, во вчера, когда все еще была не уверенна в том что Изгой не плод моей больной фантазии и если найдя кредитку я наконец то в какой то мере успокоилась, то, сегодня, уже не была уверенна в том, что с моей головой все в порядке. Или я схожу с ума, или кто то позаботился о том, чтобы я так думала."

"Я поймала такси. Пока ехала домой и смотрела на заснеженный город, я думала. Думала о том, что если все что я помню, правда, то должны остаться следы.

Обязательно должны. Иначе и быть не могло. Я должна найти доказательства иначе просто сойду с ума. И вдруг я подумала о тех квартирах, где мы жили с Изгоем. Вспомнила старика дворника. Изгой платил ему за жилье, тот должен помнить своего постояльца. Я попросила таксиста отвезти меня в тот самый район, но…увы адреса я не знала. Покрутились мы там с полчаса и я сдалась. Вернулась домой. Несколько часов ходила по квартире как лунатик, а потом решила, что мне нужно купить машину и искать самой. Я докажу, что все это правда. Докажу кому? Самой себе конечно, или же пойду к психиатру на добровольное лечение.

В обед мне позвонил Славик. Я растерялась, тут же почувствовала себя просто ужасно. Как я могла забыть о нем? У него страшное горе, да и у меня тоже, а я бегаю в поисках своего странного прошлого или сновидения. Может это моя реакция на стресс? Может, я таким образом прячусь от горя?

Славик был любовником Дэна. Мы часто общались, много времени проводили вместе. Ведь только я знала правду о них. Только мне Дэн доверял настолько, что познакомил со своим другом. Славик был подавлен настолько, что мне было стыдно за свою хладнокровность и спокойствие.

Он говорил о похоронах, о том, что нужно приготовить все для поминок, и он не справится один, ему нужна моя помощь. Конечно, я согласилась, мы договорились, что Славик приедет ко мне сегодня вечером, и мы все обсудим, обзвоним родных и близких всей погибшей труппы и назначим время похорон. Когда я закрыла сотовый, то вдруг поняла, почему моя реакция на смерть Дэна не настолько сильная, насколько должна быть. Я видела его смерть, я уже знала, что он умрет.