Начали обнимать крепко-крепко и целовать так, словно пытались наверстать целую вечность разлуки.

А я… а что я? Я так истосковалась по своим мужчинам, что отвечала на их ласки с той же страстью, с той же неутолимой жаждой.

Как же они меня целовали и обнимали! Агрр.

– Любимая наша, – шептали они, – жизнь наша, счастье наше.

– Только ваша, – отвечала я, бесстыдно касаясь их там, где мне вздумается.

Да и они не отказывали себе в удовольствии потрогать меня, сжать, облизать, нежно укусить.

Кажется, вода вот-вот закипит от нашей страсти.

– Кстати, – выдохнула я, когда Верс подхватил меня под ягодицы, а Лириан прижался сзади. – У меня для вас сюрприз.

– Какой? – горячо прошептал Лириан мне на ухо, по-хозяйски покусывая мочку.

– Ну-у, – загадочно протянула я, обвивая руками шею Верса и сильнее прижимаясь к его твердому торсу. – Скоро увидите.

И они увидели. Не сразу, а лишь после того, как купальня неоднократно наполнилась нашими стонами и криками, а затем и утробным рыком удовольствия мужей.

Метки на их груди вспыхнули ослепительным светом, сплетаясь в замысловатый узор. Кожу на моей попе знакомо закололо, но лишь на мгновение.

Мужья опешили, явно пытаясь осознать произошедшее. Я же, прикрыв их раскрытые от изумления рты, перевела тему:

– Так что там с детскими, переделали фрески?

Сколько счастья и безграничной радости было в глазах моих королей! Верс даже громко закричал от восторга, а Лириан, когда мы выбрались из воды, закружил меня. Правда, пару раз поскользнулся, но на ногах устоял.

Следующие две недели мужья не выпускали меня из своих страстных объятий. Брали меня везде, где только можно было представить. Даже когда я предложила прогуляться по парку, они накинулись на меня прямо там. Прижали к могучему дубу, а потом утащили в кусты.

Ох, как же дрожали, стонали, кричали и рычали эти несчастные кустики!"

"Хорошо, что в парке, кроме нас, никого не было. Увидевший нас садовник тут же растворился в воздухе. Видимо, понял по голодным взглядам моих королей, что сейчас мне несдобровать.

Отдыхала я только ночью, и то по утрам мужья будили меня нетерпеливыми поцелуями. И всё начиналось сначала. Но, несмотря на их горячий нрав, они относились ко мне с заботой и трепетом. Прислушивались к моим ощущениям и давали передышку, когда я просила.

Спустя еще две недели, когда мы прибыли в гости к моим родным, я познакомила мужей с Сашей.

Поначалу они рычали на него, принимая за соперника. Но потом, когда к нашему разговору за ужином присоединились отец королей Анрос вместе с Ралией, и им всё объяснили, то… О-о-о, ну всё, сейчас старшие братья плохому Сашку научат.

– Отец, – сухо, с явным недовольством в голосе, обратился Верс. – Зачем ты привёл к нам ту лживую истинную?

Верс усадил меня к себе на колени и нежно чмокнул в висок.