С телохранителями мы расположились в саду, в тени раскидистых деревьев. Я почти задремала, убаюканная шепотом листьев и щебетанием птиц. Охранники, чьих имен я не запомнила, сидели прямо на траве и играли в какую-то игру, правила которой понимали лишь они. Их смех доносился приглушенно, словно сквозь толщу воды.

Первым вышел лекарь, его лицо сияло самодовольством. Следом шел мужчина – уже не сгорбленный калека, а человек, твердо стоящий на ногах, с изумлением разглядывающий свою теперь здоровую руку.

Вот вам и «отсталый» средневековый мир. У нас такое не смогли бы. Особенно с учетом, что раны были старыми. Хорошая работа.

Протянув второй кошель склонившемуся в поклоне лекарю, я промолвила:

– Вы невероятно талантливы.

– Благодарю, госпожа, – его голос дрогнул от удовольствия. Похвала, видимо, была ему дороже золота.

Развернувшись, я направилась обратно к дому, где меня ждала Айсир. Конечно, я знала, что придется давать объяснения, но делать этого не хотелось. Слабость этот мир не прощал, благотворительности не терпел. А охранники и лекарь видели, что лечение бедняка оплатила я.

– Госпожа, как я могу вас отблагодарить?

Резко обернувшись, я встретила взгляд отца Айсир. Его глаза, еще недавно потухшие, теперь горели благодарностью и… страхом.

– Это я плачу тебе, – холодно пояснила я.

Охранники делали вид, что не слушают, но их позы выдавали – уши были на макушке.

– Что? За что? – прошептал он.

– За Айсир. Я заберу у тебя дочь. Ты же понимаешь это?

Его лицо побелело, как мел.

– Вы… Она… С ней что-то случилось?"

"Мое сердце дрогнуло. Даже в нищете, даже на краю гибели – он любил дочь. Как бы ни сложилась дальше моя судьба, об этом поступке я не пожалею.

– Это больше не твоя забота, – отрезала я и резко зашагала к дому.

Семья, увидевшая главу семьи здоровым, вытаращилась на него еще больше, чем на меня, когда я появилась перед ними.

– Айсир, мы уходим, – бросила я, даже не глядя на потрясенную девушку, и направилась прочь.

За спиной раздались торопливые шаги – она догоняла.

Несомненно, сейчас мне предстоит душещипательная беседа. Однако девушка меня удивила: шла молча, лишь косилась. Да и в целом она была ничего. Полностью меня устраивала. Охрана оставалась невозмутимой. Видимо, они решили, что я купила себе служанку.

Рабства в этом мире не существовало, зато была долговая яма. Впрочем, как и на Земле.

Когда мы вернулись домой и я отмокала в лохани с горячей водой, девушка решила заговорить.

– Спасибо, госпожа.

– Это плата твоей семье за тебя, – уточнила я, взглянув на нее. – Ты знаешь, в какое место со мной отправляешься? Понимаешь, что можешь оттуда не вернуться?

Айсир криво улыбнулась.

– Зато я умру, служа своей госпоже, а не в вонючей канаве от голода, оставив семью на погибель.