Впрочем, порой Гере хотелось броситься с плачем к маме на грудь, как в детстве, ощутить ее любовь и жалость и чувствовать, как вместе со слезами уходит из его сердца тоска. Но мама всегда была очень сдержанным человеком. И сейчас она казалась такой замкнутой, застывшей, опаленной своим, а не их общим горем, что Гера не решался к ней приблизиться. Он не находил слов, чтобы заставить ее оттаять. Только отец знал такие слова. Лишь в присутствии мужа она могла весело смеяться, безмятежно ласкать сына, доверчиво говорить о своих мыслях и чувствах.

Стоило Вадиму выйти из дому – даже ненадолго, – она менялась: становилась отстраненной, невнимательной, полностью погруженной в ожидание. Из чего Гера, будучи еще совсем ребенком, сделал вывод: мама его любит, но папу она любит больше. А вот папа… Он принадлежал Гере полностью. Ни у кого из знакомых ребят не было такого любящего отца. Были богаче, круче, могущественнее, но никто, кроме Геры, не знал столь безграничной преданности взрослого, умного человека. Он не успел сказать ему, что понимает и ценит это. Он не представлял, что все может кончиться.

– Герочка, – мама заглянула в комнату, – подойди к телефону. Тебе из Москвы звонят. Хотя что это я. Сейчас принесу. Никак не привыкну. – Она положила рядом с Герой мобильник.

– Странно, – неохотно повернулся он. – Я, кажется, никому номер не давал… Рая? А ты, в смысле, вы почему звоните? Есть новости? Просто узнать… Мы ничего… Похоронили. Мне очень плохо, Рая.

– Мальчик, – голос Раисы дрогнул. – Мне так жалко. Я переживаю за тебя. И твою маму. Ты передай ей мои соболезнования.

Послушай, Гера. Насчет конкурса не волнуйся. Тут все в порядке. Я вот что хотела сказать. Давай я вам денег переведу немного. По «Вестерн Юнион». Вы через пять минут получите в ближайшем банке.

– Нет, Рая, не надо. С этим все в порядке, я думаю. Я, конечно, могу спросить у мамы… Нет, она не поймет. Не захочет. Нет, точно не надо.

– Ну, если ты так считаешь… Но ты знай: в любое время, по любому поводу, я всегда готова тебе помочь. Позвони, когда приедешь. Обнимаю тебя, детка.

– Спасибо. Пока. – Гера отложил телефон и задумался.

У него не возникало ощущения, что эта странная тетка его клеит. Ему даже показалось сейчас, что она ему предана, как… Нет, не так, конечно, какие могут быть сравнения…

– Мама, – позвал он. – Знаешь, кто это звонил? Мой спонсор или, точнее, спонсорша… Вумен по части бизнеса. Она хочет меня раскручивать, как эстрадную звезду. На конкурс «Новая волна» в Юрмале двигает.

– Да? – Мать напряженно наморщила лоб. – Странно. Я хочу сказать, что очень плохо во всем этом разбираюсь.