— Об этом не может быть и речи! Я поговорю с отцом, и мы решим, что делать! Ты наверняка даже не советовалась с ним!

Брона закусила губу и опустила очи долу. Значит, я права.

— Ему сейчас лучше не волноваться. Сердце… — перешла она к последнему аргументу.

— Когда он узнает, что ты решила отдать его дело Макталу, ему точно станет хуже! Я этого прохиндея с лестницы спущу, так и знай!

А не хватит сил — что вряд ли — спустят мои охранники. Они парни крепкие. Даже сейчас Киф и Лью столи неподалёку, у лестницы. Разговор не слушали, но присматривались. Видимо, чтобы я снова не испарилась.

— А это кто? — Брона на них покосилась. — Такие лбы! За какие деньги я их кормить буду?

— Дорх Ардер выделил средства на их проживание на всё время, пока я буду здесь, — парировала я. — Пусть слуги, кто ещё остался, подготовят для них комнаты!

Конверт с деньгами для всей моей “свиты”, Двэйн тоже отдал мне — правда, через служанку. Видимо, чтобы мне не пришло в голову отказаться и от них. Но тут у меня вопросов к претемнейшему не возникло. Зря он волновался.

— Постой-постой! — не поняла Брона. — Почему дорх Ардер, а не Кадан Гард?

Не ответив, и последний раз взглянув на пристыженную “матушку”, я отправилась в комнату к Молану.

Тот не разлёживал в постели, но из спальни выходил только на балкон. Лекарь рекомнедовал ему не нагружать сердце — оказалось, пока я разбиралась с поездкой, у него всё же случился приступ.

— Наконец ты приехала! — он, кажется, и правда был рад. — Я отправлял письмо! Ты получила? И дорху Ардеру я ответил. Он…

— Когда я уезжала, он, кажется, не получал от тебя никаких писем, — я присела с ним рядом — на соседнее кресло у приоткрытого окна.

Мелькнула нехорошая мысль, что кто-то эти письма мог перехватить. Может, сама Брона.

— Я, признаться, был удивлён, — слегка ошарашенно улыбнулся Молан. — Не думал, что Дорх Ардер предложит мне разобраться с закрытыми Вратами. Ведь он вёл дела с Макталом.

Я кивнула служанке, которая принесла нам чай.

— Честно говоря, я и сама не знала…

А претемнейший тот ещё интриган!

— Это рискованно, с его стороны.

Что есть, то есть. Положиться на поолуразорившегося дельца, о котором молва только и твердит, что он неудачник.

— А ведь знаешь, я уже поверил, что мне повезло! — заговорщицки произнёс Молан.

— Правда?! — я едва не поперхнулась чаем. — Для этого ты взял ссуду?

Молан тут же помрачнел."

"— Я не хотел, чтобы ты узнала. Думал, моя удача всё покроет. Но работы длятся дольше, чем я планировал, и мы почти израсходовали все средства. Жилы пока нет, но я уверена, что она уже близко!

Я вздохнула. Вот так всегда. Это не первая жила, за которой гонялся “отец”.