Он так близко, как в тот день, когда приставил пистолет к моему лбу, и, хотя оружие сейчас отсутствует, кажется, что его холодное дуло снова здесь.

Мои чувства настолько обострены, что я чувствую каждый вдох и мурашки бегут по моим голым рукам. Его запах ударил мне прямо в голову, и ничто не подготовило меня к тонкой смеси дерева и кожи. На первый взгляд, это безобидный запах, но на нем он означает о его смертоносности.

Несмотря на необходимость съежиться, я поднимаю подбородок.

– Я действительно переоделась.

– Это ты сделала. – Он хватает меня за плечо и разворачивает. Затем он держит мою руку, которая все еще на молнии, посылая дрожь по моей спине.

Я ожидаю, что он стянет ее вниз и заставит меня вылезти из платья, но он использует мои пальцы, чтобы застегнуть молнию. Звук отдается эхом в тишине комнаты, и я сглатываю, когда его губы опускаются к раковине моего уха.

– Было бы разумно не провоцировать меня. Мне это не нравится, и я позабочусь, чтобы тебе тоже не понравилось.

Он отпускает мою руку и быстро поворачивает меня лицом к себе. Это совершенно несправедливо, что такой дьявол, как он, имеет такое устрашающее телосложение и красивое лицо.

– Идем? – Он указывает на дверь.

Переобувшись в балетки, я хватаю пальто и сумку и следую за ним.

К счастью, почти все ушли. Я не хочу, чтобы они видели меня в обществе этого незнакомца. Но мне нужно знать, какого черта ему разрешили присутствовать на нашей репетиции. Присутствовать могут только продюсеры и их избранные партнеры. Даже наши семьи и друзья не допускаются.

Хотя он сидел рядом с Мэттом, нашим исполнительным продюсером. Значит ли это, что он его знает?

Я остаюсь на шаг позади него, чувствуя, что мне нужно наблюдать за ним и понять, когда он сделает следующий шаг.

Он резко останавливается, и я врезаюсь в него, моя голова натыкается на стену мышц. Я вздрагиваю и делаю шаг назад.

Незнакомец склонил голову набок.

– Иди рядом со мной.

Когда я не делаю попытки подчиниться, он продолжает.

– Или я могу обнять тебя за талию.

– Я сделаю это, – выпаливаю я, шагая рядом с ним. Я не смотрю на него всю дорогу, пока мы не добираемся до парковки.

Там нас ждет черный Мерседес. Он точь-в-точь похож на тот, который я видела той ночью, но пулевых отверстий нигде нет.

Пассажирская дверь открывается, из нее выходит худощавый длинноволосый мужчина и открывает заднюю.

Увидев его, я вспоминаю прошлую неделю, и мне требуются все силы, чтобы не поддаться тошноте.

– У меня есть машина, – шепчу я.

– Дай мне ключи, и она будет у твоего дома.

– Нет, спасибо. – Ни за что на свете я не позволю ему – или его людям – находиться рядом со мной дольше, чем это необходимо.

Он наблюдает за мной некоторое время, прежде чем продолжить вести меня к своей машине.