Не успеваю я оглянуться, как уже сижу в кресле, завернутая в парикмахерский пеньюар, а стилист расчесывает мои рыжие локоны.

― Рыжий выглядит неплохо, но все же… ― говорит парень, который сейчас держит в руках мои волосы, расчесывая концы.

― Точно. Неплохо, но на самом деле она натуральная блондинка, ― говорит ему Лил.

― Ладно, приступим к работе. И не смотри так испуганно, милая. Я Джеймс, и я собираюсь превратить тебя из просто «вау» в конфетку, ― говорит он мне.

Я смотрю на Лил, которая сидит на таком же стуле рядом.

― Правда, Лил? Я не могу снова стать блондинкой, ― напоминаю я ей.

― Ерунда. Просто расслабься. Если тебе не понравится, ты всегда сможешь изменить прическу позже. ― Она протягивает мне бокал шампанского и громко говорит: ― За тебя!

― Твое здоровье, ― говорю я, чокаясь с ней своим бокалом, а затем ставлю его на стол перед нами.

― Ты ведь знаешь, что должна это пить? ― говорит Лилиана.

― Знаю. Но мне нужно забрать Грейси через несколько часов.

― Вообще-то, я написала Грею и сказала, что он должен сам забрать ее из школы, потому что мы заняты.

― Что ты сделала? ― восклицаю я. ― Ты не можешь так поступать. ― Я хватаю свой телефон со стола и набираю номер, который дал мне Грей. Я ни разу не звонила ему с тех пор, как он вернулся в нашу жизнь, и каждый раз, когда он звонил мне, я сразу отдавала телефон Грейси. В любом случае он звонит для того, чтобы поговорить с ней.

― Привет, как дела? ― отвечает он, и его голос прокатывается по мне волной мурашек."

"― Тебе не нужно забирать Грейси из школы сегодня. Я могу это сделать. Прости. Лилиана не должна была просить тебя об этом.

― Чем ты занимаешься? ― спрашивает он.

― Ничем таким, чем бы я действительно хотела заниматься, ― стону я.

― Что ты делаешь, Кэтрин? ― повторяет он.

― Я у тебя дома, сижу в кресле, рядом стоит стилист, который, как настаивает Лилиана, мне нужен.

― Ты права. Он тебе не нужен. Но можешь не беспокоиться. Я заберу Грейси. И отвезу ее на тренировку после школы, а потом домой. Кроме того, мне нужно разобраться с маленьким ублюдком, который назвал мою дочь толстой.

― Нельзя бить детей, Грей, ― напоминаю я ему. Потому что что-то подсказывает мне, что это не будет лишним.

― Все так говорят. Я не совсем сошел с ума, Кэтрин. Расслабься. ― Он сбрасывает звонок.

― Ну? Что он сказал? ― Лилиана улыбается, пытаясь скрыть это, поднеся бокал с шампанским к губам.

― К черту, ― бормочу я и поднимаю свой бокал. Пузырьки попадают мне на язык, а за ними следует сладкий, приторный вкус, который я только сейчас вспомнила. ― О боже, как вкусно.

― Я бы не принесла дерьмовое шампанское, ― говорит она. ― А теперь откинься на спинку кресла, расслабься и позволь бедному Джеймсу сделать свою работу.

Четыре часа спустя я смотрю на себя в зеркало.