― Я выпрыгиваю из машины и, как бы мне ни хотелось хлопнуть этой чертовой дверью, я этого не делаю. Я обхожу машину и открываю заднюю дверь. Грейси вздрагивает, когда я отстегиваю ремень безопасности и беру ее на руки. ― Ш-ш-ш, все хорошо. Я держу тебя, ― шепчу я ей на ухо.

Я не жду, чтобы убедиться, что Кэтрин идет за нами. Я захожу внутрь и поднимаюсь по лестнице. Затем я открываю дверь в комнату рядом с моей. Одной рукой я стягиваю одеяло с кровати и укладываю Грейси.

Ее глаза открываются, и она смотрит на меня с неуверенностью. Страхом.

― Мама? ― кричит она."

"― Я здесь, Грейси. Все хорошо. Засыпай, малышка. ― Кэтрин забирается на кровать и начинает гладить волосы нашей дочери. Успокаивая ее.

Я опускаюсь на колени перед Грейси. Она снова смотрит на меня.

― Ты мне снился, ― говорит она.

― Да? И что же было в этих снах? ― спрашиваю я.

― Ты пришел в школу, на Родительский день. Я всегда ждала папу на Родительский день, ― говорит она.

У меня сердце разрывается. Я должен был быть рядом с ней. Я должен был всегда быть рядом. И я бы так и сделал. Если бы только мне дали шанс…

― Я обещаю, что больше никогда не пропущу Родительский день. Я буду там, где ты захочешь, ― говорю я ей. Мне хочется наклониться и поцеловать ее маленький лобик. Но я этого не делаю. Я сдерживаюсь. Может, она и доверяет, но она меня не знает.

― Все в порядке, ― говорит Грейси. ― Я знаю, что ты был занят.

― Я никогда не буду слишком занят для тебя, милая. Никогда. ― Я поднимаюсь на ноги и бросаю на Кэтрин последний уничтожающий взгляд, прежде чем выйти из комнаты.

Моя рука тянется к телефону, который лежит на прикроватной тумбочке, и бьет по экрану, пока будильник не выключается. Потерев лицо рукой, я заставляю себя сесть. И замираю, увидев, что моя дочь стоит в моей спальне и смотрит на меня.

― Грейси? Ты в порядке?

Она кивает головой.

― Я думала, ты мне снова приснился, ― говорит она.

― Еще рано. Тебе лучше вернуться в постель, ― говорю я ей.

― Почему ты не спишь?

― Мне нужно идти на работу.

― А что у тебя за работа?

Этот вопрос наконец-то заставляет меня улыбнуться. Может быть, я смогу превзойти ее кумира, Лиама Кинга. Если она так одержима хоккеем, то, конечно, узнать, что ее отец играет в НХЛ, должно быть круче, чем знакомство с каким-то случайным парнем, которого она встретила лишь однажды.

― Я хоккеист, играю за «Ванкуверских рыцарей». Я капитан, ― с гордостью говорю я.

Глаза Грейси расширяются.

― Значит, ты знаком с мистером Кингом? Можешь сводить меня на одну из его игр?

Сукин сын. Ты уязвил мое самолюбие, парень. Я ухмыляюсь. Сначала моя сестра, теперь моя дочь. Да что с ними такое?

― Я могу сделать даже лучше, милая. Хочешь пойти со мной на утреннее катание?

― Сейчас? ― спрашивает она с огромной улыбкой на лице.

― Да, сейчас.