— Ого, Хованский, кого не ждали!

Он присел за столик и сразу же подозвал официанта.

— Ты чего такой хмурый? У тебя же, по сути, медовый месяц. — Тодоров довольно оскалился.

— Хорош зубы показывать. Не досчитаешься, — в тон ему ответил Юрий, откидываясь на спинку дивана.

Тот даже и не думал прекращать.

Они дружили уже вечность. Тодоров, судья. Он, успешный адвокат. Лысаков, капитан ФСБ. Минаев Иван ушел из силовых структур, открыл частное агентство. Это те, что собрались сегодня. Все без подруг, чисто мужская компания.

Лысаков по большей части отмалчивался, изредка поглядывая на Хованского. Юрий решил, что будет пить.

Раз его никто не ждет…

Неожиданно.

Парни трепались о чем угодно, кроме работы. Тоже негласное правило. Пятница — это пятница. Ни слова о делах. Можно пересечься потом, в будни, или нагрянуть в гости, обсудить в неформальной обстановке, что и как.

Юрий выпил еще стакан, прежде чем Лысаков кивнул ему.

— Пошли покурим.

Юрий поднялся.

Ярослав повел его во двор, на террасу. В дальнем углу на диване расположился мужчина. Сидел с закрытыми глазами. Они прошли в другую сторону.

— Ты как вообще?

— Яр, говори, что хотел. Не темни.

Яр достал сигарету и закурил. Выпустил дым.

— Будешь?

Лысаков знал, что он бросил с год назад. Но чуйка его не подводила еще. Юрий взял сигарету и прикурил.

Хорошо-о.

Напряжение постепенно отпускало.

Он запретил себе думать, чем занимается в данный момент Лиза. С кем она… Кто бросает на нее похотливые взгляды. В том, что так и есть, он не сомневался. Если его девочка отправилась в клуб, она сто процентов оделась так, чтобы у мужиков бешеная слюна начала капать. Иначе Лиза не могла.

Слишком яркая. Слишком привлекательная.

На нее смотреть одно удовольствие.

Иметь — еще круче. Ярче.

Ревность, сука, зашкаливала порой. А в его профессии это недопустимо. Он должен всегда сохранять холодный ум. И никаких лишних эмоций. Особенно при посторонних.

Поэтому он здесь, с друзьями.

— Ох, чую, лезу я не туда. — Яр снова выпустил струйку дыма и посмотрел на раскинувшийся ночной город.

— Сто пудов.

— Скажи, Юрец, ты давно видел Ксению?

Хованский мгновенно напрягся.

Глубоко затянулся.

— Да, Ярослав, не туда ты свернул.

Ксения…

Мама его сынишки.

С которой он официально развелся квартал назад."

"От которой ушел пять месяца назад, как только Лиза позвонила ему и сказала, что по-прежнему любит и хочет быть с ним.

Да, поступил он как последняя сволочь.

Его оправдывало лишь одно — у них с Ксенией был брачный договор. Женились они не по большой любви.

Точнее, вообще без любви.

Переспали. Она забеременела. Решили расписаться.

Все.

Ксюша навсегда останется частью его жизни.

И он всегда будет о ней заботиться. Что бы ни происходило у него.

— Короче. Давно ты ее видел?

— Две недели назад.