Я чувствовал, как неистово и откровенно моя Белка рвется ко мне, навстречу.

Я скользил в ее теле, двигался так, как подсказывало сердце. И, судя по выражению лица моей Белочки, по ее приоткрытым губам, по темному взгляду красивых глаз, по ее пальцам, вцепившимся в мои плечи, я был на верном пути.

Всего за секунду до взрыва в моих мозгах, расслышал протяжный стон Белки, а ее тело прогнулось и напряглось, готовое рассыпаться на крошечные кусочки.

– Мой Феликс! – шептала она. – Любимый!

– Белка моя! – прохрипел я, еще сильнее прижимая ее тело к своему.

Наверное, я умудрился сдохнуть на полу в собственной спальне.

Но было плевать. Белка со мной – а остальное абсолютно неважно.

* * *Я не хотела шевелиться. Даже рука отказалась выпускать на свободу короткие прядки волос на макушке Исая.

Я так и лежала на нем, не открывая глаз. Лишь улыбнулась, когда мой мужчина хриплым голосом поинтересовался, все ли у меня хорошо.

Как может он сомневаться? Если я так и «зависла» где-то в облаках.

Чувствовала, как Феликс поднимается вместе со мной с пола и осторожно укладывает меня на постель. Я запротестовала, когда поняла, что он хочет укрыть меня одеялом.

Зачем мне одеяло? Я хочу своего Исая!

Он тихо рассмеялся и лег рядом. И я тут же крепко уснула под размеренное дыхание, ласкающее висок.

Кажется, я в раю. Да, именно там.

Меня разбудили ласковые поцелуи. Я не хотела открывать глаза, а лишь улыбнулась.

Феликс провел пальцем по моей щеке, сместился ко рту, словно изучал черты моего лица.

– Какая же ты у меня красавица! – хриплый шепот подсказал мне, что Исай и сам только что проснулся.

Я приоткрыла глаза. И тут же столкнулась с тягучим, ласковым, наполненным любовью взглядом.

Я чувствовала себя женщиной. Его женщиной. Его любимой. И от этого сердце, еще вчера разбитое на куски, исцелялось, а рваные раны на моей душе затягивались.

– Осторожно, Исаев, я могу подумать, что ты заново влюбился в меня! – тихо прошептала я в ответ.

А Феликс опрокинул меня на спину и навис надо мной.

– Я и не переставал тебя любить, Белочка! – горячо прошептал он, пристально изучая жадным взглядом мое лицо, спускаясь ниже.

А мое тело вспыхнуло под этим взглядом и стремительно рвануло навстречу рукам любимого."

"Я отчаянно хотела, чтобы не было этих двух лет боли и печали, от которых часто хотелось выть раненым зверем и лезть на стену, только бы приглушить ненавистное одиночество.

Видела отражение моих мыслей в любимом взгляде. И видела чувство вины, съедавшее моего Феликса.

Но разве он виноват? Виноват в том, что мои родители вмешались в мою судьбу? Сделали все, только бы я поверила в смерть любимого? Нет, не было в этом вины моего Исая. И сейчас я окончательно вычеркнула родителей из своей жизни. Я не была готова простить их.