Посмотрел в зардевшееся лицо Аси, перевел взгляд на плиту, где пыхтела кастрюля со свежими щами и тушилось мясо, остановился на руке с тонкой кистью, державшей деревянную ложку.

— Пахнет вкусно.

В первое мгновение Асе показалось, что он говорит про её действие, вопрошая. Как говорится, на воре и шапка горит. И лишь потом она поняла, что он не спрашивает, а констатирует факт. И его слова относятся к пище.

Стало стыдно. За себя и за свои мысли.

Вот же… паразитство.

— Обед будет готов через минут десять. Ты вовремя.

— Спасибо, я реально проголодался, — Матвей криво улыбнулся, поставил пустой стакан на столешницу и отошел.

От греха подальше?

— Тогда умывайся, и пойдем обедать, — прочистив горло, сказала Ася и, чтобы больше не попадать в двусмысленные для её воспаленного воображения ситуации, отвернулась от мужчины, приподняла крышку на кастрюле и помешала щи.

— Как скажешь, — вот теперь он не скрывал насмешки в голосе.

Ася решила не оставаться в долгу.

— Только, пожалуйста, накинь футболку. В твоем доме теперь женщина. И садиться есть полуобнаженным… неправильно.

Один-один. Пока что ничья.

Ионов демонстративно медленно приподнял брови. Дал понять, что понял, откуда ноги растут у её последнего замечания.

Ася чуть-чуть вздернула подбородок, но взгляда не отвела. Это вчера она больше походила на неврастеничку, сейчас начала адаптироваться к обстоятельствам.

***

Обедали они молча. Ионов методично поглощал пищу, Ася, стараясь не выказать излишней заинтересованности, наблюдала за ним исподтишка. Вернее, даже не за ним, а за тем, с каким аппетитом он поглощал приготовленную еду. Была у неё слабость, любила она смотреть, как люди обедают.

Матвей принимал пищу быстро, но между тем тщательно её прожевывал. Как там проверяли работников в старину? Прежде чем нанять мужика, его усаживали за стол и ставили перед ним тарелку с похлёбкой. Если мужик ест быстро, значит, и работать будет качественно. А если размазывает суп по тарелке, то и работать будет шаляй-валяй, на кой такой нужен?

Ионова на работу взяли бы. Точно.

— Что сама не ешь? На диете?

Его слова, как уже повелось, ворвались в сознание Аси с запозданием. Она вскинула голову и растерянно моргнула.

— Нет, ты что… Какая, нафиг, диета, — она немного смущенно улыбнулась. Говорить о своей фигуре стеснялась. — Если только та, что способствует набору веса. Мне не помешало бы набрать килограмм пять. Одни кожа да кости остались.

— А по-моему, ты хорошо выглядишь. Стройная.

Ася едва не подавилась хлебом. Ей только что сделали комплимент? Ионов? Этот бирюк?

— Спасибо, — очень медленно проговорила девушка, надеясь, что её щеки не вспыхнут маковым цветом. Зря надеялась.

— И готовишь ты тоже вкусно.

Теперь её щеки заполыхали. Казалось, дотронься до них — и обожжешься.